Что делать, если директор детского дома занимается коррупцией?

Выпускница детдома: каждому дается столько, сколько он может выдержать

Что делать, если директор детского дома занимается коррупцией?

– Сколько времени вы провели в приюте? Что запомнилось?

— В приюте мы пробыли полтора года. После этого были отправлены в детский дом. С благодарностью вспоминаю директора приюта  — Сапара Муллаевича Кульянова — сейчас он известный специалист в сфере помощи беспризорным детям. Его помощь нам — одиноким детям — неоценима.

На сегодняшний день тот  приют, в котором воспитывалась я, закрыт. А Сапар Муллаевич открыл реабилитационный центр в Московской области под названием “Незнайка”. Это то место, в котором одинокие мамы с детьми могут найти пристанище, там им оказывается различная помощь.

– Наверное, вы помните, какой была ваша семья до того момента, как вы с братом попали в приют?

— Да, конечно. Родители злоупотребляли спиртным. Я, младший братик, мама и папа ютились в комнате коммунальной квартиры на Академической. Мама начала пить еще до моего рождения, затем уже вместе с папой. Просветов я не помню.

Те дни, когда родители выходили из запоя, были слишком редкими. Соседи бесконечно жаловались — мы жили на виду, родители вели асоциальный образ жизни, довольно часто поступали предупреждения — приходили из органов опеки, говорили, что нас — детей — могут забрать.

Когда органы опеки пришли в последний раз, чтобы уже забрать брата, времени на сборы вещей не было. Впрочем, и вещей — тоже особенно не было.

За несколько минут собрались и уехали абсолютно без вещей, но с какими-то документами, которые были в тот момент на руках, что-то восстанавливали уже позже — в детском доме.

– Вы когда-нибудь задумывались о том, что послужило причиной алкоголизма родителей?

— Задумывалась, пыталась узнавать у родственников — бабушки, тети. Но, к сожалению, ответа никто не знает. Возможно,  какой-то момент жизни был переломным для мамы, ей стало трудно, и так она начала искать “спасения” в вине.

Я начала раздумывать об этом серьезнее, когда потеряла и отца, и мать. Мама умерла — спросить уже было не у кого. Папа же был человеком слишком закрытым, виделись мы не часто.

Но даже когда он приезжал навещать нас в детский дом, не было возможности поговорить обо всём, что наболело.

– Екатерина, чем отличается приют от детского дома?

— Дело в том, что приют — это временное пристанище. Пока мы были там, полтора года шел суд, в ходе которого решалось — лишать маму и папу родительских прав или нет. Родители часто не являлись на суд, заседание переносилось.

Таким образом, когда всё уже было решено, мы с братом получили статус детей-сирот и были отправлены в детский дом. И разница между приютом и детским домом в том, что последнее — это уже безысходность. Ты абсолютно здраво осознаешь, что отсюда тебя никто уже не заберет.

Хотя, папа приходил и навещал нас, обещая забрать. Но мы знали, что этого не случится — поначалу лишь верили, потом уже нет.

Гедонистическое детство, или как сироте жить после детдома >>

– Как проходила ваша жизнь в детском доме?

— 17 мая 2001 года нас привезли из приюта в детский дом №37, который располагался в Ясенево (сейчас он так же закрыт). В этом детском доме я прожила 8 лет и даже успела немного поработать — полгода ночным воспитателем. Не совсем помню, как прошел мой первый день в детском доме… Я довольно коммуникабельный человек, быстро влилась в коллектив, подружилась с ребятами.

Дети были совершенно разных возрастов — от 4-х и до 18 лет. Мы никогда не расспрашивали друг друга о прошлой жизни, не говорили о том, кто наши родители. Если кто-то хотел поговорить об этом — мы слушали, но специально данную тему никогда не затрагивали.

У кого-то была ситуация подобная моей, чьи-то родители умерли, кого-то обещали взять под опеку родственники и успешно забывали об этом. Но в основном — родители пили, и дети оказывались в детском доме. Жесткой дедовщины у нас не было. Лет до 15 я считалась маленькой. Как и в любом коллективе — младших заставляли что-то делать за других.

Порой удавалось постоять за себя, иногда дело доходило и до драк… В основном причиной “разборок” были высказывания о родителях — так выходили на кулачную.

– Воспитатели каким-то образом принимали участие в вашей жизни?

— По мере возможности — да. Дело в том, что в детском коллективе всегда свои, несколько особенные проблемы, и порой воспитатели не в силах отследить всё. Мы были подобны стае волчат.

Но я с радостью вспоминаю нашего воспитателя — Александра Евгеньевича. Он действительно вкладывал в нас душу, заботился о нас, как о родных, мы чувствовали, что нужны ему.

Когда Александр Евгеньевич уволился из детского дома, мы очень остро переживали это, нередко стали сбегать из детского дома.

– У вас возникали когда-нибудь трудности в общении с домашними детьми?

— Нет, мы всегда общались на равных. Единственное отличие, которое я чувствовала, — в детском доме у нас просто была большая семья, мы держались вместе.

В школе преподавательский состав к нам относился так же, как и к другим, не делали акцент на нашем социальном статусе. Никто из ребят не называл меня “детдомовской”. Порой мне кажется, что я сама себя называю так чаще, чем другие.

Каждое лето нас на 3 месяца отправляли в дом отдыха. Таким образом, я научилась коммуницировать с самыми разными людьми.

– Как проходило ваше обучение? Учитесь ли вы сейчас?

Источник: https://sn.ria.ru/20130423/933947868.html

В детском доме г.талдома состоялся семинар, посвящённый проблемам детей сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Что делать, если директор детского дома занимается коррупцией?
Дети-сироты – глобальная социальная беда. Сиротство при живых родителях – таких детей в стране порядка 82% от общего числа сирот – это беда вдвойне.

А ещё это предательство, которое – на всю жизнь…

Не так уж и редко таких детей предают дважды – когда возвращают в детский дом после достаточного длительного проживания в приёмной семье….

После такого дети приходят в себя долго, зачастую – годами и не до конца…

… Преодолеть сиротство, вместе с ребёнком справиться с этим ужасающим внутренним ощущением предательства, покинутости, ненужности… Поставить на ноги, сориентировать в будущей жизни, помочь, поддержать, согреть – любовью, искренностью, добром и душевным теплом… Помочь ребёнку и тем взрослым, кто решился стать для него приёмной семьёй… Помочь – на самом трудном этапе, чтобы не допустить возврата в детдом…

Об этом и многом другом шла речь на районном семинаре «Основные тенденции в сфере защиты прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на территории Талдомского района».

Семинар состоялся 23 апреля в детском доме г.Талдома и был инициирован руководством детского дома совместно с отделом опеки и попечительства министерства образования Московской области по Талдомскому району.

В работе семинара приняли участие заместитель главы администрации района Евгения Страхова, заведующая отделом опеки и попечительства министерства образования Московской области Елена Петракова, председатель комитета по образованию Наталия Малышева, заместитель председателя комитета по образованию Елена Зверева, руководитель Общественной приёмной Губернатора Московской области Людмила Ушакова, руководитель Общественной приёмной Представителя Уполномоченного по правам человека в Московской области Галина Федосеева, начальник отдела по делам несовершеннолетних и защите их прав Ольга Бардина, а также психологи, социальные педагоги учреждений образования Талдомского района.

Среди особо почётных гостей – представитель благотворительного фонда «Забота о будущем» Олег Скабара.

Им, стараниями возглавляемого им фонда детям оказывается не только материальная, финансовая поддержка: пластиковые окна, финансирование отдыха в Египте, новая детская площадка, серьёзные стартовые суммы на счетах выпускников и т.д.

Представители фонда стали в детдоме родными людьми, в том числе и от них дети получают моральную поддержку, им дети звонят среди ночи, чтобы посоветоваться, рассказать о самом главном и важном в жизни…

В своём выступлении на семинаре заведующая отделом опеки и попечительства Елена Петракова не раз возвращалась к основополагающему праву каждого ребёнка жить и воспитываться в семье, изложенному в «Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012 – 2017 годы», принятой Указом Президента РФ 1 июня 2012 года.

На это направлена вся работа органов опеки, учреждений образования, социальных служб. Следует признать, что активная государственная политика, направленная на стимулирование граждан к семейному устройству детей, оставшихся без попечения родителей, за последние годы привела к значительному – на 105,7 тысяч человек – сокращению числа детей, воспитывающихся в казённых учреждениях.

На сегодняшний день в Талдомском районе 64% данного контингента – дети подросткового возраста и старше 14 лет, 70% – дети с ограниченными возможностями здоровья, 40% – дети, имеющие братьев и сестёр. Все эти факторы усложняют устройство детей в семьи.

В то же время министерством образования Московской области и органами опеки области разрабатываются меры по развитию семейных форм устройства, ориентированных на главный принцип «Подмосковью важен каждый ребёнок!». В частности, перед органами опеки поставлена задача создавать, развивать и совершенствовать службы сопровождения замещающих семей.

В Талдомском районе проживают 42 опекунские семьи (43 ребёнка), 22 приёмные семьи воспитывают 38 детей, 32 ребёнка проживают в семьях усыновителей.

Государством принимаются меры к увеличению выплат на содержание детей-инвалидов и детей с ограниченными возможностями здоровья, сумма выплаты составит 25 тысяч рублей, будет увеличена единовременная выплата при устройстве в семью братьев и сестёр, а также детей-инвалидов, сумма составит 100 тысяч рублей на каждого ребёнка.

В своём выступлении директор детского дома г.Талдома Ирина Стародубова не раз возвращалась к следующему: привычное для многих словосочетание «детский дом», которое олицетворяет собой казёнщину, одиночество, сиротство и несёт за собой сформированный десятилетиями негативный смысловой шлейф, необходимо менять, уходить от этого штампа в первую очередь руководствуясь интересами детей.

Кроме того, необходимо внедрять новую модель учреждения для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, чем активно занимается детский дом.

Для более эффективной работы деятельность учреждения разделена на несколько модулей: группа длительного пребывания, в ней сейчас 32 ребёнка, группа временного пребывания (16 детей), ресурсный центр, где реализуются организационные, методические, правовые технологии возвращения детей в семью. Сравнительно недавно в детском доме появилась служба содействия устройству детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в кровные семьи и в замещающие семьи. Цель создания этой структуры – помочь людям и тем, кто близок к серьёзнейшему в жизни решению – принять ребёнка в семью, а также тем, кто уже утвердился в этом решении и должен пройти соответствующее, причём, обязательное, обучение.

Сотрудники службы сопровождения окажут родителям и детям профессиональную психолого-педагогическую, социально-педагогическую и юридическую помощь – об этом

рассказала руководитель этой службы – заместитель директора по методической работе Ольга Мозжухина. О том, как ведётся очень непростая работа сотрудников детского дома с кровными семьями их воспитанников, рассказала заместитель директора по учебно-воспитательной работе Ирина Новикова.

… Горько, отметила Елена Петракова, что сегодня общественное мнение в определённой степени сформировалось таким образом, что отказываться от своего ребёнка в роддоме перестало быть чем-то постыдным: в Талдомском районе есть горе-мамаша, которая недавно отказалась в роддоме от своего седьмого (!) ребёнка… Бесстрастно и привычно заполняя соответствующие бумаги, она очень уверенно и с напором рассуждает о своих правах… Не стыдно, будучи вполне работоспособным и дееспособным человеком, навещать своего родного ребёнка в детском доме. Да и такая «доблесть» не всем кровным родителям по плечу… Сотрудникам нередко приходится «воспитывать» таких родителей, чтобы не теряли связь со своими детьми. Это предательство и забывчивость воспитанниками переносится очень остро, они никогда не перестают надеяться на то, что будут жить с родными мамой и папой…

… Любовь к родине и долг перед родиной, отметил руководитель благотворительного фонда «Забота о будущем» Олег Скабара, у каждого выражается по-своему. В данном случае – это забота о детях, воспитывающихся в Талдомском детском доме. Он, в частности, отметил, что помощь детям лишь в её материальном, финансовом выражении утрачивает свою первоочерёдность.

Это направление по-прежнему важно, но не менее важна психология взаимоотношений, моральная поддержка, абсолютная искренность и глубокое внутренне желание взрослых, состоявшихся в жизни людей помочь, поддержать детей, на долю которых выпало сиротство. И не только в стенах детского дома, но и при выходе во взрослую жизнь.

Причём это тот случай, когда формализм и фальшь недопустимы – дети это глубоко чувствуют и никогда не прощают…

… Семинар – очень глубокий, содержательный, в высшей степени полезный – завершился, получив высокую оценку его участников. Есть общее понимание проблем, есть скоординированность работы, есть направление развития и движения вперёд.

Но главное – в душах и сердцах людей есть глубоко внутреннее убеждение в том, что нужно сделать здесь и сейчас для того, чтобы дети-сироты и дети, волей судьбы оставшиеся без попечения родителей, каждую минуту чувствовали, что они очень нужны..

Их любят, ими дорожат, о них заботятся – и не только по долгу службы, но и по воле души и сердца…

Источник: http://xn----7sbbo1aiileetr.xn--p1ai/news/578/

Югоосетинская неделя: министр на русском форуме, директор детдома под следствием, ТПП под тремя президентами

Что делать, если директор детского дома занимается коррупцией?

На этой неделе в Брюсселе прошел XI Европейский русский форум, в работе которого республику представлял министр иностранных дел Южной Осетии Дмитрий Медоев.

Гражданские активисты обратили внимание на то, что глава внешнеполитического ведомства участвовал в дискуссиях на площадке, созданной для представителей гражданского общества.

«Европейский русский альянс» – это общественная организация, главной задачей которой является способствование диалогу гражданского общества по актуальным проблемам. В этом смысле там органичнее смотрелись бы представители НКО, а не официальные лица.

Не то чтобы в республике нет представителей гражданского общества, их просто задавили гэбэшники и чиновники, они объявили их пятой колонной, которая мечтает продать республику ее врагам.

В результате на форумах гражданского общества принимают участие чиновники. Это так же нелепо, как если бы на КВН в Москву отправили выступать от республики группу офицеров КГБ.

Политолог Дина Алборова, которая под давлением властей была вынуждена два года назад закрыть свою общественную организацию, по-прежнему считает важным представлять Южную Осетию на разных международных площадках с участием общественных организаций:

«За все годы общения в условиях, когда Южная Осетия не признана международным сообществом, за исключением нескольких стран, я обратила внимание на то, что официальные структуры международных организаций западных стран доверяют больше голосу народа, который представляет гражданское общество, нежели информации, которая исходит от официальных структур. Мы всегда об этом говорили и всегда взывали к нашим властям, что такие вещи нужно делать вместе и сообща».

Накануне международного дня борьбы с коррупцией глава Контрольно-счетной палаты Геннадий Габараев провел пресс-конференции в Госкомитете информации и печати, на которой сообщил о том, как его ведомство вскрыло в Ленингорском детском доме нарушения на сумму 156 тысяч рублей. По его словам, это нарушение и ряд других стали причиной увольнения с должности директора детского дома Заиры Елкановой в середине ноября этого года.

За сухими цифрами отвратительная история о том, как служащие этого приюта, женщины, матери, обворовывали сирот. Напихали в детский дом мертвых душ, на которых списывали деньги, предназначенные детям. Списывали деньги на средства личной гигиены для детей, которые, как оказалось, детям не покупали.

Но жители района убеждены, что увольнение Елкановой в последнюю очередь связано с нарушением финансовой дисциплины. Ей, считают они, не простили другую историю, еще более отвратительную.

В начале июня ленингорская милиция задержала пятидесятилетнего мужчину по подозрению в растлении девочки-подростка, воспитанницы детского дома.

Мужчина забирал из детдома девочку, катал ее на машине, уединялся с ней в пустующих домах Ленингора.

Какое-то время милиция держала подозреваемого под замком, а потом вдруг отпустила, и скандал быстро замяли.

Причем не было никаких официальных пояснений по делу, власти отделались слухами, будто бы обвиняемый признался, что он отец девочки, поэтому ни о чем противоправном не могло быть и речи. Естественно, никакой экспертизы, чтобы проверить эту версию, проведено не было.

Как я понимаю, отцовство было новостью и для сотрудников детского дома, которые вот так запросто отпускали свою воспитанницу со взрослым посторонним мужчиной.

Естественно, в эту историю про обретение отца никто не поверил, прежде всего, потому, что не было официальной реакции, официальных объяснений по этому поводу.

Хотя объяснений ждали – Ленингор от этой истории гудел, как встревоженный улей. Не поверили еще и потому, что всех, кто пытался задавать вопросы по этому поводу, очень жестко одернули силовики.

Можно сказать, что скандал не замяли, а заткнули.

Но при этом такое впечатление, что директору детского дома этой истории не простили. Ее уволили, а результаты проверки Счетной палаты переданы в прокуратуру.

На югоосетинских лентах промелькнула информация о том, что ленингорский детский дом забирают из ведения районной администрации и передают в республиканское подчинение. По мнению гражданской активистки из Ленингора, бывшего директора дома детского творчества, все эти переподчинения не решают проблем детей:

«Не имеет значения, кому будет этот детский дом подчиняться. Все зависит от того, кто там будет директор, какая там будет атмосфера. Наши слуги народа довольствуются тем, что дети сыты и одеты. А кого беспокоит, какие у них мечты, чем они занимаются вне стен интерната? Там большинство персонала понятия не имеет, как надо относиться к детям».

На этой неделе Ирина Келесаева рассказала о настоящей схватке, которую ведут за контроль над Торгово-промышленной палатой Южной Осетии ее перессорившиеся члены.

О своих правах на руководство палатой одновременно заявили три президента, избранных на трех внеочередных конференциях тремя разными группами.

Правда, печать и право подписи документов по-прежнему принадлежат одному человеку – заместителю министра экономического развития Роину Козаеву.

В 2002 году он стал первым президентом ТПП, и, по его словам, он до сих пор возглавляет эту организацию на законных основаниях, так как был переизбран в этом году на внеочередной конференции палаты.

С этим не согласен бывший представитель ТПП в Москве Алан Габарати. В интервью моей коллеге Ирине Келехсаты он сообщил, что несогласные с линией Козаева члены палаты провели альтернативную конференцию и избрали его новым президентом.

Наконец еще одна часть членов Торгово-промышленной палаты провела 22 ноября свою внеочередную конференцию и избрала третьего по счету президента – Альберта Валиева.

Почему столько споров вокруг этой палаты? Из-за чего такое столкновение интересов вокруг нее. И, вообще, что это такое, все эти торгово-промышленные палаты, союзы предпринимателей и прочие объединения представителей бизнеса?

Они заявляют о себе как едва ли не о профсоюзе предпринимателей, общественном органе, который защищает интересы бизнеса. Но на деле все обстоит иначе, считает руководитель исследовательского центра RAMCOM Денис Соколов.

Это скорее группа поддержки власти в духе советских профсоюзов, которая по отмашке руководства может мобилизовать людей, например, для демонстрации одобрения официального курса.

Члены этих организаций, как и положено советским профсоюзным деятелям, получают за это какие-то преференции. Говорит Денис Соколов:

«Они создавались как служебные конструкции при власти, таковыми они и получились. Те, кто в них шел работать, хотели получить доступ к власти через этот ресурс, получить административный ресурс. Они его в какой-то степени получили и могут лоббировать какие-то свои личные интересы.

То есть если номинально эти организации должны лоббировать, допустим, снижение налогового бремени, понижение каких-то тарифов и т.п., то это все не работает через такие организации. Лоббистские вопросы решаются в других кабинетах.

Но какие-то частные вопросы для тех, кто вхож в эти палаты, они решают, например, получение грантов, подрядов и т.д.».

И все же непонятно, зачем нужна правительству эта структура теперь, когда оно объявило о политике привлечения инвестиций через создание максимально комфортных условий для бизнеса? Зачем создавать между государством и бизнесом посредника, тем более заточенного на решение личных проблем?

Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия

Источник: https://www.ekhokavkaza.com/a/28905771.html

Единственный в Южной Осетии детский дом находится в административном центре Ленингорского района. Некоторые из его воспитанников попали сюда после совсем не детских первых лет жизни, но сейчас их судьба изменилась и внушает сдержанный оптимизм

Елена Кулумбегова

Дзера и Марат Дудаевы – самые маленькие из 24 воспитанников детского дома в поселке Ленингор. Брат и сестра попали сюда два года назад, тогда девочке было два года, ее брату – три. Их нашли в заброшенном жилом вагоне в селе Корнис Знаурского района республики.

Окружили любовью и заботой

Дети были крайне истощены, поначалу даже были опасения за их жизнь. Когда малышей выписали из больницы, органы опеки передали их в детдом.

Позже выяснилось, что родители у них живы. Мать снова вышла замуж и даже родила ребенка, а у отца непростые отношения с алкоголем. За все время пребывания детей в детдоме мать видела их всего два раза.  

Дзеру и Марата нянчит не только персонал детдома, но и его воспитанники.

© Sputnik / Наталья Айриян

Дзера Дудаева

“Они уже понемногу начали говорить на русском и осетинском языках. Марат неразговорчив, в вот Дзерасса, как увидит меня, начинает очень смешно и мило требовать конфет. Эти малыши – наша отдушина, мы их окружили любовью и заботой. Очень надеюсь, что они вырастут достойными людьми и ужасные страницы их детства никак не отразятся на их психике”, – рассказала Sputnik директор детского дома Дзерасса Габараева.

Дудаевы часто болеют – беспризорное детство все еще напоминает о себе. Но благодаря постоянному вниманию и поддержке взрослых и детей в детдоме, они быстро преодолевают все невзгоды. Дзера и Марат одеты, обуты, их часто балуют всякими сладостями.

https://www.youtube.com/watch?v=knhlPexJnn0

Марат уже пытается подражать воспитанникам постарше, учится, танцует, хочет заниматься спортом и с большим нетерпением ожидает, когда в их общем доме закончится ремонт спортзала.

 

© Sputnik / Наталья Айриян

Марат Дудаев

Мечта Вики

Виктория Наниева попала в детдом в 2009 году в возрасте двух лет вместе со своими четырьмя братьями. Вика впервые увидела свою лишенную материнских прав маму только в восемь лет.

Сейчас она подросла, из двухлетней малышки вытянулась в высокую, стройную девочку, увлеклась рукоделием: вышивает, умеет вязать, занимается пением и танцует в школьном ансамбле.

Ее мать минимум раз в год приезжает проведать своих детей. Два старших брата Вики уже окончили школу и живут в Квайсе. Вика и сегодня, как в раннем детстве, мечтает стать медсестрой.

“Это очень хороший и светлый человек. Пределом ее мечтаний является желание стать медсестрой. Мы, конечно, поможем ей осуществить мечту, поддержим, подготовим как сможем. Я уверена, что с таким стремлением она поступит и окончит медучилище в Цхинвале и, может быть, даже будет у нас работать”, – говорит психолог детдома Екатерина Башарули.

© Sputnik / Елена Кулумбегова

Вика Наниева

Ремонт и планы на будущее 

Детдом стал для воспитанников родным домом, их обучают резьбе по дереву, вязанию, кройке и шитью, вышивке, настольному теннису, игре в футбол и дзюдо. Помимо всего перечисленного, в детдоме недавно открылся кружок русского языка, который дети с удовольствием посещают. Среднее образование детдомовцы получают в русской и грузинской школах Ленингора, а малыши посещают поселковый детсад.

Педагоги русской средней школы говорят, что у детей, оставшихся без попечения родителей, рвение к учебе и жажда к новым знаниям больше, чем у детей из обеспеченных семей.

Детской площадки с футбольным полем в детдоме нет – негде погонять мяч, нет и качелей с горкой.

“У нас нет детской площадки, а дети любят спорт, футбол. На данном этапе нашей первоочередной задачей является строительство детской площадки во дворе детдома”, – делится планами Дзерасса Габараева.

© Sputnik / Елена Кулумбегова

Директор детского дома Дзерасса Габараева

Сейчас в детском доме идет ремонт нескольких помещений и спортзала.

“Ремонтные работы проходят по всему зданию, так как в 2015 году половину здания оставили неотремонтированной. У нас кладовая была в очень плохом состоянии, бойлерную тоже поменяли, провели профилактический ремонт отопления, крыльцо отремонтировали и так далее. Ремонтные работы подходят к завершению, к зиме мы почти готовы”, – рассказала директор детдома.

Ремонтируют и спортзал – его напольное покрытие было токсичным, пришлось менять. Расходы на ремонт спортзала взяла на себя партия “Единая Осетия”, а на остальные помещения средства выделило правительство республики.

  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова
  • Ленингорский детский дом© Sputnik / Елена Кулумбегова

1 / 23

© Sputnik / Елена Кулумбегова

Ленингорский детский дом

Источник: https://sputnik-ossetia.ru/South_Ossetia/20191206/9714226/Eti-malyshi---nasha-otdushina-chem-zhivet-detskiy-dom-v-Leningore-.html

Трудовой коллектив Валдгеймского детского дома выступил против «оптимизации» учреждения – Набат. Областная независимая интернет-газета

Что делать, если директор детского дома занимается коррупцией?

БИРОБИДЖАН, 27 СЕНТЯБРЯ, «НАБАТ». — Областной комитет образования решил избавиться от ОГОБУ «Детский дом № 3», расположенного в селе Валдгейм. У персонала и воспитанников этого учреждения намерения чиновников вызвали шоковую реакцию. В скандальной ситуации, грозящей социальным взрывом, разбирался корреспондент интернет-газеты «Набат».

Валдгеймский детский дом № 3 является одним из старейших учреждений для детей-сирот в ЕАО. Построенная в шестидесятых годах прошлого века, Валдгеймская школа-интернат насчитывала 240 мест. За время ее работы «путевки в жизнь» получили тысячи подростков, среди выпускников школы были рабочие всех профилей, офицеры, инженеры, учителя, врачи, экономисты, артисты, режиссеры.

В 2008 году постановлением правительства ЕАО спецучреждение было реорганизовано в ОГОБУ «Детский дом № 3».

После этого проблемы начали накапливаться, но связано это в первую очередь с прогрессирующей несостоятельностью региональной власти, неспособной вывести некогда процветавшую Еврейскую автономную область из депрессивного состояния.

Реальное производство в регионе практически исчезло – развал экономики привел к упадку во всех сферах жизни, который можно выразить формулой «денег нет, но вы держитесь».

Вот и Валдгеймский детский дом № 3 (ВДД) не вынес груза «перемен к лучшему», о которых нам каждый год вещают с высоких трибун.

Сокращение целевого финансирования поставило это учреждение, как и десятки других, фактически на грань выживания.

Практически каждую зиму в многострадальном детдоме наступали «ледниковые периоды»: температура в жилых помещениях не соответствовала нормативам, а укрыться от холода было нечем.

Появились и другие проблемы, о которых представители трудового коллектива ВДД рассказали автору этих строк, а также депутатам Биробиджанской городской Думы Владимиру Сахаровскому и Собрания депутатов Валдгеймского сельского поселения Сергею Чуйкину. Внеплановое собрание состоялось вчера, поводом для коллективной встречи стала информация, шокировавшая сотрудников этого учреждения. Якобы ВДД решили ликвидировать.

— Сегодня в детском доме проживает 45 детей, работает 69 сотрудников. Появилась информация о закрытии учреждения.

В то же время два детских дома, которые находятся в Биробиджане, готовят помещения для приема детей.

Говорят, что всех наших ребят, которых переведут в городские детдома, уже распределили по группам, списки составлены, — с нескрываемой обидой в голосе рассказал директор ОГОБУ «Детский дом № 3» Андрей Гриценко.

По его словам, узнав о готовящейся «оптимизации», сотрудники ВДД забили тревогу. Воспитанники начали переживать, отказываясь верить в реальность затеянного «эксперимента» над живыми людьми.

— Переезд из родного детского дома для ребят – настоящая трагедия! Кому понравится, когда тебя выгоняют из дома, вырывают из привычной среды? Я обращался к начальнику комитета образования ЕАО Татьяне Пчелкиной.

Мне ответили, что пока на документах нет подписи губернатора ЕАО Александра Левинталя, поэтому точная дата закрытия нашего детдома неизвестна. Но готовиться к неизбежному необходимо, — сообщил Андрей Гриценко.

По его словам, в своей должности он работает третий месяц. У Андрея Гриценко было немало планов, интересных идей, связанных с воспитанием подрастающего поколения. Неужели на них придется ставить крест?

Расстроена происходящим и заместитель директора по учебно-воспитательной работе Оксана Трофимова. В этом году она переселилась в ЕАО из Хабаровского края, чтобы влиться в трудовой коллектив Валдгеймского детдома № 3. Но мать двоих детей никак не ожидала, что вскоре после переезда ей придется пополнить ряды безработных.

— Говорят, что наше учреждение хотят закрыть из-за побегов детей. Но в настоящее время эта проблема искоренена. Остались единичные случаи. Многие сотрудники жалуются, что они стали плохо спать. Дети очень переживают, ведь у них здесь все знакомое, родное.

Вы можете осмотреть комнаты воспитанников, как там чисто и уютно. У каждого ребенка – отдельная кровать, красивый вид из окна. Из семей их выдернули (дети пережили стресс), а сейчас – очередной удар: эвакуация из детдома, — рассказала Оксана Трофимова.

По ее словам, педагогический эффект достигается, когда с каждым ребенком проводится индивидуальная работа. «Уплотнение» ни к чему хорошему не приведет.

— В наших группах по 8-10 детей, они живут в комфортных условиях. А их хотят перевести в казарменные условия, где на одного воспитателя будет приходиться 15-20 подростков. О какой созидательной работе можно говорить в таких условиях? Никто из чиновников не спросил наших ребят, а готовы ли они к переезду, хотят ли они этого, — пожаловалась Оксана Трофимова.

Воспитатель группы № 3 Александр Новиков приобщает ребят к спорту. Благо, условия для этого созданы – спортзалу в ВДД может позавидовать иная городская школа. Есть в наличии и современный инвентарь, необходимый для спортивного роста.

— У нас два брата Цветковы, они – ведущие игроки футбольной команды Валдгеймского детдома. Немало наших ребят занимается туризмом, сейчас открылась группа по акробатике. А что будет в других детдомах, никому неизвестно, — сообщил Александр Новиков.

Кто-то из собравшихся предположил, что основная причина готовящейся ликвидации ВДД — стремление областных властей сэкономить на «социалке». Может, ОГОБУ «Детский дом № 3» получает десятки миллионов рублей из областного бюджета?

Как оказалось, ежегодно на содержание детей из бюджета выделяется 900 тысяч рублей, а в этом году из этой суммы пока выделено 470 тысяч рублей. Много это или мало?

— Если разделить 900 тысяч на всех детей, то на каждого ребенка получится 15 тысяч рублей в год. Невозможно ребенка одеть на такую сумму. Кроме одежды, на эти деньги надо приобрести два комплекта постельного белья, матрас, подушку, одеяло, полотенце, — рассказала одна из сотрудниц.

Андрей Гриценко пояснил, что выделяемых из бюджета средств детдому хватает только на самое необходимое. На остальные цели средства приходится просить у неравнодушных людей.

— Нам поступают деньги на зарплату (чтобы работники не сбежали) и на питание, чтобы дети с голода не померли. По остальным статьям – долги. Только в этом году мы оплатили долги по коммунальным услугам за прошлый год, текущий год по услугам ЖКХ не оплачен.

В этом году нам на ремонт выделили 25 тысяч рублей. Сюда входит покраска лестничных маршей, комнат, отделка помещения столовой, пищеблока.

Доходит до абсурда, что воспитатели вынуждены приобретать за свой счет краску для ремонта в детдоме или обращаться за помощью к знакомым, — сообщил Андрей Гриценко.

О сложностях с организованным питанием подростков и обеспечением лекарствами рассказала старшая медицинская сестра и диетсестра ВДД. По словам Любови Николаевны, в последний раз расценки на питание здесь поднималась в 2012 году.

— Сейчас в обычный день питание стоит 180 рублей, а в праздничный – 198 рублей. Никто не менял нормы питания, а мы не можем вложиться в эти суммы, чтобы накормить детей. Нужно и фрукты кушать, и молочные продукты. Цены с 2012 года выросли втрое, а мы остались на прежней сумме. Мы обращались в комитет образования, приводили расчеты.

Нам ответили, что до 2020 года не предвидится увеличение финансирования. А когда приходят проверяющие, нас наказывают потому, что мы нормы не можем выполнить. А как это сделать, если денег нет? А на лекарственные средства в год на детский дом выделяется всего 20 тысяч рублей. Вы знаете, сколько стоят сейчас лекарства.

Вот так мы и живем, — пожаловалась Любовь Николаевна.

Гул в помещении библиотеки ВДД, где состоялась встреча, возрастал. Люди наперебой делились накипевшим. Высказала свое мнение и Ольга Спивак — заместитель директора по административно-хозяйственной работе.

— Это здание – 1963 года постройки. На сегодняшний день только первый этаж частично с пластиковыми окнами, все остальное здание – с деревянными окнами. На Паралимпийский Играх наша бывшая воспитанница Екатерина Румянцева завоевала золотые медали.

Наш губернатор, на радостях, сказал: «Катенька, проси, что хочешь. Все сделаем». Екатерина попросила установить в ее родном Валдгеймском детдоме пластиковые окна. Началась движуха: приехали, замерили, обсчитали. На этом все закончилось – так ничего и не поставили.

Губернатор не помог, и нам пришлось искать другие варианты. Сейчас ставим пластиковые окна в группе № 1 за счет спонсоров. На следующий год запланирована аналогичная работа.

Весь коллектив старается для наших детей, мы чуть ли не пляшем на улицах и рынках, чтобы найти спонсоров, а нас хотят ликвидировать. Мы до сих пор не можем в это поверить, – рассказала Ольга Спивак.

В заключении встречи гостям устроили экскурсию по ВДД с посещением спортзала и компьютерного класса. Все условия для гармоничного развития личности созданы, дети с удовольствием занимаются спортом и осваивают современные информационные технологии.

— Компьютерный класс был приобретен не за счет бюджетных средств, а счет фонда Примакова пять лет назад. Все нам поставили 11 комплектов — системные блоки, мониторы, бесперебойное питание. Все необходимое для занятий есть, -— рассказал педагог дополнительного образования Станислав Мельниченко.

Выслушав мнение представителей коллектива ВДД, редакция обратилась за комментарием в правительство области.

Как сообщила начальник областного комитета образования Татьяна Пчелкина, основной причиной закрытия Валдгеймского детского дома № 3 стали массовые побеги детей из этого учреждения.

Особенно печальным в этом отношении оказалось лето прошлого года, когда один из беглецов утонул в местном водоеме.

— К сожалению, коллектив Валдгеймского детского дома № 3 не справился со своими обязанностями, в том числе по безопасности детей.

Возникли сложности с коллективом, уменьшилось количество детей, да и далековато от города находится «третий» детдом. На интересные мероприятия, которые проводятся в Биробиджане, вывезти детей проблематично.

В городе больше возможностей для развития — школы, кружки, кинотеатры, парк, – пояснила Татьяна Пчелкина.

По ее словам, в областном центре прошло совещание, посвященное актуальной проблеме. Было рекомендовано ВДД закрыть, а детей распределить в первый и второй детские дома, которые находятся в Биробиджане.

— Учащихся 9-11 классов из Валдгеймского детского дома № 3 в городские школы мы распределять не будем. Они будут продолжать учиться в Валдгейме, куда мы их будем возить на автобусе. Остальные ребята пойдут учиться в городские школы, — рассказала Татьяна Пчелкина, руководитель комитета образования правительства ЕАО.

По ее словам, после принятого решения должно выйти соответствующее постановление правительства ЕАО. Окончательное решение вопроса состоится в конце этого года — в рамках действующего законодательства.

С персоналом и детьми проведут разъяснительные беседы с участием психологов.

Никто из сотрудников бывшего Валдгеймского детского дома № 3 не пострадает, получив все причитающиеся им выплаты, заверила Татьяна Пчёлкина.

От редакции: Похоже, ликвидация становится в ЕАО трендом. В Биробиджане «похоронили» специализированный зал тяжелой атлетики, разогнали студию «Бест-видео». Скоро превратится в воспоминание МУП «Транспортная компания», сровняют с землей здание осиротевшей школы № 9, повесят замок на детский дом в Валдгейме.

Возможно, бюджет города и области получит от этих действий известную экономию, и средств на содержание чиновников станет больше.

Но если прибегнуть к военной терминологии, для чего нужны генералы, если армии уже нет? Чем завтра будут управлять наши чиновники, если не останется спортзалов, больниц, школ, детских домов и других учреждений?

И если на одной чаше весов будет находиться «слезинка ребенка» (Федор Достоевский), а на другой – десятки тысяч сэкономленных бюджетных рублей, что перевесит? Чтобы нашей власти снова не наступать на те же грабли, предлагаем провести общественные слушания по вопросу дальнейшей судьбы Валдгеймского детского дома с оценками экспертов. Негоже калечить чьи-то судьбы, прикрываясь фиговым листком «оптимизации».

Петр ГОРОДЕЦКИЙ

Фото автора

Источник: https://nabat.news/2019/09/27/trudovoj-kollektiv-valdgejmskogo-detskogo-doma-vystupil-protiv-optimizatsii-uchrezhdeniya/

Выйти за пределы формата. Как шутят и живут чемпионы «Лиги смеха» из Дружковского дома-интерната

Что делать, если директор детского дома занимается коррупцией?

Февраль 2018-го. Зеленский еще не президент. Финал развлекательного юмористического шоу «Лига смеха» в Одессе. На сцену выходят четверо парней и девушка.

«Мы приехали к вам из интерната из Дружковки. Мы — команда с особенностями. На первый взгляд может показаться, что мы не такие красивые, не такие талантливые, как все».

На глазах жюри конкурса появляются слезы. В зале тишина.

«Но вы нас не жалейте. Брэд Питт же вас не жалеет!».

Аплодисменты и еще не уверенный смех. Звучит музыкальная отбивка для следующей шутки, все начинают двигать руками в такт.

Шутка за шуткой. Ирония о своей инвалидности, недоступности пандусов, жалости людей, реалиях жизни в интернате. Постепенно с лиц зрителей исчезает напряжение и шок, в глазах появляется искренность.

Четверо парней и девушка получают кубок чемпионов фестиваля «Лига смеха». И теперь слезы появляются на их глазах — Андрея, Иры, Виталия, Саши и Даниила. Они — команда «Свой формат» из Дружковского дома-интерната для детей с инвалидностью в Донецкой области.

Быть смелыми

Прошло два года. Кубок чемпионов стоит в кабинете директора. Команда готовится к новому выступлению — первому после долгого перерыва. Они шутят о Зеленском как о старом друге, пародируют Олю Полякову, читают рэп, подсказывают друг другу слова, импровизируют. Все слаженно и организованно.

После репетиции в интернате со своей руководительницей и девушками, которые танцуют в конце номера, команда садится в старенькую «Газель» и едет в Краматорск. По дороге капитан команды, Саша, рассказывает формулу удачных шуток.

«Шутка не зайдет, если в ней не будет смысла. Надо доносить так, чтобы все это понимали и чтобы было смешно».

Участники команды «Свой формат» из Дружковского дома-интерната собираются ехать на репетицию к тренерам в Краматорск, 11 декабря 2019 года

Саша говорит, что на оскорбительные комментарии под видео с выступлением команды внимания не обращает. И с друзьями вспоминает первую шутку о своей инвалидности.

«У нас все в порядке с самоиронией и самооценкой. Потому что нас очень любят. Вот, например, тетя Таня из столовой с самого детства говорила, что я очень сладкий. Я даже думал, что это она меня пожевала. Поэтому я такой. А она — толстая».

В Краматорске возле входа в Донецкий областной детско-молодежный центр команду встречают тренеры — Саша и Даниил.

«Раньше мы приезжали в интернат с гуманитарной помощью. И как-то нас пригласили на праздник 8 марта. Мы сомневались, но приехали. Дети выступали, и это было интересно.

Я подумал, если дать им хороший сценарий, то они бы сделали из этого что-то более масштабное. Когда они на сцене, от них невозможно оторвать глаз.

Они очень харизматичные», — вспоминает волонтер Даниил Антончик свое первое знакомство с воспитанниками интерната.

Саша, Андрей, Виталий и Даниил в Краматорске, 11 декабря 2019 года

Волонтер и тренер воспитанников интерната Даниил Антончик, репетиция в Краматорске, 11 декабря 2019 года

Вскоре в Краматорске должна была состояться региональная игра «Лиги смеха». Даниил с Сашей собрали команду и начали тренировки.

«Они поняли, как это работает. Когда они относятся к своей инвалидности легко и спокойно, то выглядят не как те, кого хочется пожалеть, а как герои, на которых хочется быть похожими».

После победы в Краматорске команда начала готовиться к фестивалю в Одессе.

«Мы думали заявить людям, что вот мы, рядом с вами, такие же, как и вы, имеем такие же права. На победу и выступление в Одессе мы не рассчитывали. После первого тура они позвонили мне в час ночи и сказали, что мы прошли во второй», — говорит директор дома-интерната Ольга Орлова.

В конце выступления команды — танцевальный номер девушек из интерната, репетиция в Краматорске, 11 декабря 2019 года

Участница танцевальной группы воспитанников интерната, репетиция в Краматорске, 11 декабря 2019 года

Решиться шутить об инвалидности побудило именно отношение людей, объясняет женщина.

«Надоело! Почему каждый раз, когда мы выезжаем в город и идем на детскую площадку, родители сразу забирают оттуда своих детей и обидно называют наших? Выступление, конечно, изменило наших детей, они стали увереннее. Но, по-моему, они больше дали тем, кто сидел в зале».

Даниил, Андрей, Ира, Виталий и Саша, репетиция в Краматорске, 11 декабря 2019 года

Быть самостоятельными

В коридоре дома-интерната встречаем спортивного телосложения парня, Леонида. Он здоровается сильным сжатием руки. Директор рассказывает, что парень занимается спортом. Часто это помогает ему самостоятельно справляться с инвалидной коляской и передвижением в местах, где нет пандусов.

«Недавно у Леонида был день рождения. И он захотел себе новый мобильный телефон. Мы приехали в магазин, но там не было пандуса. Консультант предложил вынести нам телефон на улицу. Но я отказалась. Что значит „на улицу“? Нет. Мы хотим подойти к витрине, все рассмотреть, выбрать. И мы зашли в магазин. Без пандуса, но все же зашли и сами приобрели телефон».

Директор пытается организовывать воспитание и обучение детей так, чтобы они были максимально приспособленными к жизни вне интерната. У них есть доступ к интернету, они покупают продукты в магазинах, ходят в банки, ездят в путешествия, посещают театры, спортивные матчи, кинотеатры, кафе.

Директор дома-интерната Ольга Орлова (в центре) с воспитанниками, Дружковка, 10 декабря 2019 года

Виталий (в центре) и Даниил (справа), Дружковка, 10 декабря 2019 года

Ольга заходит в швейную мастерскую, где работают три взрослых девушки.

Двое — за машинками напротив окна шьют постельное белье, а третья гладит красные штанишки, которые будут частью новогоднего костюма для кого-то из младших воспитанников.

Вся молодежь, которая старше 14-ти лет и имеет специальное назначение психиатра, может работать в мастерских: в столовой, теплице или помогать плотникам и швеям.

«Наверное, наша команда „Свой формат“ мечтает об актерской карьере. И хорошо, если это произойдет. Но мы их готовим к тому, что нужно уметь зарабатывать на жизнь еще чем-то».

Сейчас в доме-интернате проживает 240 детей. Их диагноз — умственная отсталость: умеренная, тяжелая или глубокая, и другие сопутствующие заболевания.

hromadske — независимое медиа, созданное журналистами. Мы сможем рассказать больше историй, если вы поддержите нас. Присоединяйтесь ксообществу друзей hromadske на Спильнокоште.

Недавно заведение начали реформировать в пределах деинституализации, предусматривающий создание таких условий, при которых потребность в интернатах и детских домах должна исчезнуть.

Для дома-интерната, где воспитывают детей с инвалидностью, это означает, что он станет центром предоставления социальных услуг и родители смогут приводить детей, как в школу, на дневное пребывание, или забирать домой на выходные.

«У большинства наших воспитанников есть семьи. Я опросила 179 родителей. Только пять семей согласились забирать детей на выходные. Остальные отказалась».

Ольга рассказывает, как пыталась еще несколько лет назад связаться с мамой одной из участниц команды. Она показывала ей фотографии дочери, предлагала забрать ее домой. Женщина пообещала подумать, но больше не вышла на связь.

«Этой реформой мы все равно хотим дать шанс родителям».

У большинства наших воспитанников есть семьи, но почти никто из родителей не хочет забирать детей даже на выходные, Дружковка, 10 декабря 2019 года

Некоторых из воспитанников интерната перевели в Дружковку с оккупированных боевиками районов Донбасса, 10 декабря 2019 года

Быть на своем месте

Участникам «Своего формата» от 18 до 28 лет. Часть из них учится в девятом классе, где ходит на уроки чтения, письма, хозяйственно-бытового труда, физкультуры и естествознания.

«Мы когда приехали из Шахтерска — не умели ни писать, ни читать. Здесь я научился этому», — рассказывает восемнадцатилетний Виталий, вспоминая эвакуацию в 2014-м.

Его с остальными детьми переселили в Дружковский дом-интернат, когда Шахтерск захватили боевики.

«Они не думали, что делать с этими детьми, но и отдавать тоже не хотели. Мы вели сложные переговоры, и в итоге договорились перевезти их в Дружковку», — вспоминает Наталья Пирогова, начальница управления соцзащиты населения.

Старшие воспитанники интерната ходят на уроки чтения, письма, хозяйственно-бытового труда, физкультуры и естествознания, Дружковка, 10 декабря 2019 года

Саша (справа) на уроке, Дружковка, 10 декабря 2019 года

Сначала дети спали на матрасах — сейчас у каждого есть свой уголок. Мимо шкафов и столов, на которых еще работают строители, дети проводят нас в реабилитационный зал, яркую столовую, учебные кабинеты, свои комнаты, фитобар, через окно показывают футбольное поле, мастерские.

В личных беседах участники «Своего формата» много рассказывают о жизни и досуге в интернате, подробно вспоминают эвакуацию из Шахтерска, искренне называют воспитателей близкими людьми, говорят, что обязательно бы взяли директора с собой в путешествие по Америке. Свое будущее они связывают со сценой.

«Я хотел бы стать тем, кто сочиняет сценарии, режиссером. Чтобы придумывать разные роли, самим участвовать в съемках. Мечтаю создать группу, с которой я буду работать».

«Хотелось бы выступать в КВН, на „Лиге смеха“. А еще… я просто мечтаю быть идеальным футболистом».

«Я мечтаю быть актером. Но вот мы два года не выступали, и я все это время занимался своей дикцией, дыханием. Я хочу быть профессиональным рэпером».

«Мне нравится выступать. И я хочу дальше выступать в „Лиге смеха“. Выступление для меня — это просто невероятное чудо».

Ира мечтает поехать в Америку к другу, Дружковка, 10 декабря 2019 года

Ребята мечтают стать актерами, режиссерами и продолжать играть в «Лиге смеха», Дружковка, 10 декабря 2019 года

На воплощение своей мечты у воспитанников еще достаточно времени. Совершеннолетие и взрослая, самостоятельная жизнь в детском доме-интернате наступает в 35 лет.

«После выпуска у всех судьба складывается очень по-разному: есть те, кого забирают родители, есть те, кто начинает самостоятельно жить, и мы заранее об этом думаем — строим планы, откладываем деньги, ищем жилье. А есть те, кто выбывает в психоневрологические интернаты, и это у меня всегда вызывает душевные переживания».

В планах директора — создать отделение поддержанного проживания для выпускников детского дома-интерната, где они смогут самостоятельно проживать, а специалисты будут помогать в быту и уходе.

Здание для этого уже нашли — это бывший детский сад неподалеку. Но пока все остановилось на уровне разработки документации для восстановления помещения.

«Я считаю, что нашим детям нужно дать шанс самостоятельно жить в обществе. Они очень уязвимы, и важно, чтобы с ними были только надежные люди».

Во дворе Дружковского интерната — герои сказки о Белоснежке и семи гномах, 10 декабря 2019 года

Источник: https://hromadske.ua/ru/posts/vyjti-za-predely-formata-kak-shutyat-i-zhivut-chempiony-ligi-smeha-iz-druzhkovskogo-doma-internata

Юр-консультант.ру
Добавить комментарий