Что делать, если соседка пишет на меня кляузы в интернете?

Кляузники Кто и зачем пишет доносы в современной России — Meduza

Что делать, если соседка пишет на меня кляузы в интернете?

Доносы становятся популярным явлением в России. Одни граждане жалуются на других за то, что они просматривают «запрещенные сайты» и едят «санкционную еду»; предметом уголовных дел становятся посты и переписки в социальных сетях.

Доносчики хотят помочь государству или свести счеты с оппонентами; а жертвы доносов пытаются доказать, что свободомыслие пока не наказуемо.

По просьбе «Медузы» журналистка «Новой газеты» Вера Челищева поговорила с авторами доносов и с теми, на кого они были написаны. 

В 2014 году профессор кафедры философии МГТУ имени Баумана Валерий Нехамкин опубликовал работу «Донос как социально-психологический феномен». Основной тезис: для доносительства мало «личной» психологической предрасположенности; на число доносов влияют социальные условия, способствующие их распространению.

В последние два года распространился один из описанных профессором типов доносов — бытовые кляузы. После введения продуктового эмбарго россияне начали жаловаться, что их соседи едят запрещенные продукты, а в магазинах продается нелегальная еда.

В августе 2015-го пользователи социальных сетей высмеивали историю о том, как житель Владивостока донес на соседку, поскольку она ела польских гусей; заявление было проверено полицией и последствий не имело.

В декабре того же года бдительный житель Ямала сообщил в Роспотребнадзор, что в сельпо поселка Яр-Сала продается замороженная брюссельская капуста из Польши; владельца магазина оштрафовали на три тысячи рублей.

Кроме того, в Казани горожане написали жалобу на гипермаркет, торговавший австралийским мясом, а по Москве и Санкт-Петербургу ходили целые бригады активистов, выискивающих «запрещенку».

Жители Севастополя возмутились, что в периоды веерных отключений света в некоторые дома, которые стоят на одной линии с больницами и другими важными объектами жизнеобеспечения, энергия подается круглосуточно, и добились отключения более везучих соседей. Местные власти постановили в целях «восстановления справедливости» отключать в этих жилых домах свет вручную.

* * *

После «Евромайдана», присоединения Крыма к России и боевых действий на юго-востоке Украины настала очередь политических доносов. 

В середине марта 2016 года к журналисту и редактору из Коломны Вячеславу Егорову пришли сотрудники ФСБ и МВД и заявили, что он подозревается по статье 280.

1 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации»). Егоров уверен, что на него донес кто-то из читателей — его аккаунты в соцсетях открыты.

Поводом для дела стал пост в фейсбуке, где Егоров рассуждал о статусе Крыма, экономических и геополитических следствиях его присоединения к РФ. 

В Твери сейчас рассматривается очень похожее дело: блогера и оппозиционера Андрея Бубеева обвиняют в экстремистских призывах за два репоста «ВКонтакте». Это уже второе аналогичное дело против Бубеева — на блогера в правоохранительные органы пожаловался интернет-оппонент. 

Комичная история произошла с жителем Екатеринбурга Евгением Плотниковым: он решил написать на соседа донос в Роскомнадзор, но по ошибке отправил бумагу в «Роскомсвободу» — правозащитную организацию, ведущую учет заблокированных на территории РФ сайтов.

В своей жалобе Плотников обвинял соседа в том, что через его открытую Wi-Fi-сеть, которой сам автор доноса и пользуется, можно попасть на заблокированные в России «вражеские сайты».

Плотников также пообещал подписаться под обвинениями, если Роскомнадзор поможет ему получить квартиру и, возможно, прочее имущество соседа.

После того, как правозащитники опубликовали текст жалобы, Плотников пообещал написать заявление в полицию уже на них.

Его жалоба все-таки попала в областное управление Роскомнадзора, где, к несчастью для заявителя, сказали, что понятия «враг народа», к которому он апеллирует, в российском законодательстве больше не существует (позже выяснилось, что доносчик оказался пранкером, и это был его розыгрыш).

Что делать, если на тебя доносят?

Что делать, если соседка пишет на меня кляузы в интернете?

Мне плохо, потому что тебе хорошо!

«У соседа корова сдохла. Мелочь, а приятно!» Этой короткой фразой можно охарактеризовать то, что сейчас творится в душе некоторых латвийцев. Как только люди узнают, что у кого-то повысился уровень благосостояния, так тут же начинают писать кляузы во все известные им учреждения. цель писем – отобрать присужденные блага.

Нет, не для того, чтобы за счет этого повысить собственный уровень благосостояния. Мотив другой: понизить довольство жизнью соседа. Конечно, так делают не все, но все равно такая тенденция страшит. Почему люди начали активно заниматься сутяжничеством, мы узнали у психолога, гештальт-терапевта, директора Рижского гештальт-института, доктора наук Артура Домбровского.

Письмецо в конверте сразу же порви…


В недавнем номере нашей газеты было опубликовано интервью с руководителем благотворительной организации Ziedot Рутой Димантой, которая рассказала, что нередко после объявления о сборе средств для конкретного нуждающегося в их организацию звонят люди и рассказывают, что человеку вовсе не надо помогать. «У этой женщины джинсы известной марки. Пусть сама платит за операцию!» «У дамы, чей сын тяжело болен, ухажер ездит на дорогой машине. Пусть он все оплачивает», – вот что слышат сотрудники благотворительных организаций от «доброжелателей».

Сотрудники благотворительной организации все выясняют, порой обижая расспросами своих клиентов, и узнают, что им прислали «поклеп». Причем никакой выгоды звонившим это расследование не принесло. Что же ими двигало? Зависть, злость?

Сотрудники нашей редакции помнят время, когда был поднят вопрос с российскими пенсиями для неграждан и многие люди наконец начали получать пенсии за годы, проработанные в России. Казалось бы – радостная новость. Но вы бы знали, сколько мы получили злобных звонков.

Люди выражали протест против того, что кто-то начал получать дополнительную пенсию. Они требовали ее отобрать. И объяснения, что отобранная пенсия в любом случае не пойдет в их карман, не помогали. «Ну и пусть, что мне ничего не добавят. Пусть у них отберут.

Я за страну волнуюсь, за ее бюджет!» – вот что мы слышали…

Похожая ситуация везде. Даже работники социальной службы, призванные помогать нуждающимся, регулярно получают «доносы» от бдительных граждан, что их соседям-знакомым-бывшим коллегам вовсе не нужна помощь, поэтому различные пособия для них – это совершенно лишнее.

А в свежей редакционной почте письмо из той же оперы:

«Добрый день! Очень хотелось бы проверить инвалидность моей соседки Кристины Д. (по соображениям этики мы не публикуем фамилию женщины. – О. Г.).

Я часто слышу, как она бегает по квартире, другие люди видят ее в городе, причем она передвигается очень быстро, почти как на крыльях летает. Вот лично я по городу не летаю, хотя и не имею инвалидности.

Моя дорога всегда лежит между домом, поликлиникой, аптекой и больницей. Так может быть ей зря дали инвалидность и вместе с нею пенсию по инвалидности?

А еще эта женщина получает пособие от социальной службы. Я не поленилась, пришла в социальную службу и сказала им, что моя соседка живет не одна, поэтому ей помощь не нужна. Социальная служба на следующий день прислала работника, чтобы тот все проверил, однако ее сожитель стал прятаться от сотрудников социальной службы. Между прочим, он – бывший зэк.

А еще у моей соседки есть опекун, который получает за свое опекунство зарплату. Но, между прочим, этот опекун – ее сестра. Но эта сестра все время работает, так что ей некогда опекать соседку. За что же она получает деньги? Да и вообще, соседка в опекунстве не нуждается, а просто покупает себе инвалидность. Джульетта, 77 лет».

Вера в бюрократов– Артур, скажите, что сейчас происходит в обществе, почему люди стали писать подобного рода доносы?

– Уверен: анонимки, сутяжничество и доносы были всегда.

Драматичным примером являются события тридцатых годов прошлого столетия, когда сосед стучал на соседа и у населения была стопроцентная уверенность в том, что они посредством звонка и письма смогут добиться своей цели.

Люди точно знали – без внимания их письмо не оставят, отреагируют на него обязательно, в мусорник письмо нечитаным не полетит.

Слава богу, настали другие времена, ситуация иная. Однако сейчас, впервые за многие десятилетия, наша бюрократическая система стала работать очень отлаженно. У людей появилась четкая взаимосвязь между тем, что они делают и ответом из разных служб.

Поэтому люди, которые не могут без сутяжничества, вновь стали пользоваться системой, как способом чего-то добиться. Если раньше люди понимали, что их предел – ворчать на «лавочках», то теперь они знают: можно идти дальше, высказывать недовольство официально.

На него сегодня точно отреагируют.

Вот смотрите: эта Джульетта написала, что после ее похода в социальную службу к ее соседке пришли и начали проверять ее условия жизни. Благотворительная служба стала вести проверку тех своих клиентов, про кого было сказано, что у них «крутые джинсы» и «любовник на дорогой машине». Вы тоже прочли письмо и не выбросили его куда подальше. Значит, все работает!

Вы поймите, все эти звонки и письма – это своеобразный инструмент влияния на других людей. Человек, который пишет подобные письма, пытается что-то в этом мире изменить согласно своим критериям честности и справедливости. Или же поиметь какую-то сатисфакцию, а может быть даже выгоду.

Послушайте меня!– Сотрудники социальных служб, да и мы – работники газеты сделали вывод, что сутяжничеством чаще всего занимаются пожилые люди.

Почему именно этот слой населения? Может, все дело в их бедности, все-таки пенсия нынче горькие слезы?

– Материальная составляющая здесь абсолютно ни при чем! Дело в другом. Вот представьте.

Вы – пожилой человек, у вас есть большой жизненный опыт, представления о черном и белом, вы четко понимаете, где правда, где нет и как должен быть устроен мир. И эти знания вы все время пытаетесь навязать другим людям. А они вас не слушают и учиться у вас не хотят.

Более того – во время вашего монолога, как все должно быть, над вами хихикают и крутят у виска. То есть абсолютно не воспринимают вас и ваши слова всерьез. Понятное дело, что вы будете чувствовать себя глупо. И это чувство будет толкать вас наказать тех, кто над вами смеется, и доказать им, что вас надо воспринимать всерьез, к вашим словам следует прислушаться.

А как это сделать? Аргументация у вас страдает, а темперамент из-за здоровья уже не позволяет участвовать в жестких спорах.

Через пять минут после спора у пожилого человека повышается давление и мгновенно выбивает его из дискуссии.

Поэтому им остается только одно средство – найти сильного и заставить этого сильного поквитаться с обидчиком. В качестве сильного выступает организация, которая и дает блага.

Есть и вторая причина для подобного рода писем – желание оказаться в выигрышной ситуации. Дело в том, что все люди конкурируют друг с другом. Даже в пожилом возрасте. А как можно выиграть? Можно вырасти самому, а можно потопить соперника. Если у твоего соседа-знакомого благодаря тебе отберут выданные блага, значит, ты выиграл. Потому что смог его потопить.

Эта стратегия сильная и популярная. Ею очень любят пользоваться политики, когда накануне выборов поливают грязью оппонентов, вместо того чтобы самим делать такие дела, за которые надо ать. Да и вообще.

Многим живется плохо именно от осознания того, что другим живется чуть лучше. А еще люди часто пишут анонимки вовсе не из-за злобы. Просто таким образом они надеются получить признание.

Что кто-то получит их «донос», почитает его и скажет: «Молодец! Ты спас страну от ненужных трат! Ты – нужный обществу человек».

Что делать, если на тебя доносят?– А как реагировать, когда узнаешь, что на тебя написали донос?

– Не обращать внимания. Просто понимать, что это обыкновенная человеческая зависть.

Но вообще я бы посоветовал людям не рассказывать всем вокруг о своих удачах: повышенной пенсии, полученном пособии, помощи и т. д. Зачем навлекать на себя завистливые взгляды? Что человек сам о себе не расскажет, то другой и не узнает.

То есть не надо подставляться.

– То есть ваш совет: «делиться радостью не стоит». Вот все и не делятся. Может, поэтому агрессия в обществе возросла? Взять хотя бы комментарии в Интернете к различным событиям…
– Нет.

Просто Интернет позволил тестировать ту агрессию, которую мы раньше не распознавали. Я имею в виду комментарии к информационным событиям. Раньше люди злобничали в узком кругу, а сейчас пишут агрессивные комментарии. И выливают свою злость посредством Интернета.

Субъективно может показаться – из-за этого агрессии в обществе стало больше. Но это не так.

– Возможно ли как-то защититься от агрессии?
– Можно только не вызывать ее на себя. Понимаете, человек сам что-то делает для того, чтобы агрессия упала именно на него.

Либо ведет себя как жертва, либо как второй агрессор. Агрессоры всегда тянутся к жертвам или достойному конкуренту. Пусть каждый подумает, кто он – жертва или агрессор и изменит свое поведение.

Вот это и есть защита от чужой агрессии.

Как избавиться от тяжести на душе– Можно ли как-то улучшить свое душевное состояние?

– Мне нравится высказывание: мы состоим из того, что мы едим. Так и с душой. Наше душевное состояние зависит от того, с кем мы общаемся и какую информацию поглощаем.

Если я сижу среди сварливых людей, которые только и делают что ругают все на свете, то потихоньку я стану таким же, как и эти люди. Я впитаю их поведение и взгляды вне зависимости от своей личности.

Если я слышу о том, как в мире все несправедливо, то становлюсь раздражительным.

Поэтому! Хотите остаться душевно здоровым? Не читайте новостные порталы. Хороших новостей там почти нет, а плохие и читать не стоит. Они ничего не дадут вам – ни информации, ни пищи для размышлений.

Когда мы читаем «плохое», мы на самом деле не знаем, что именно произошло, какие были причины, чем все закончилось. Но мы погружаемся в негативный поток информации по уши. И уже не понимаем, что это – чужая история. Не наша.

С нами бы подобного не произошло.

Ольга ГРИНИНА,
olga.grinina@mk-lat.lv

Источник: https://rus.timeline.lv/raksts/krugozor/33519-chto-delat-esli-na-tebya-donosyat

«Сосед снимает меня на камеру и постоянно пишет жалобы»

Что делать, если соседка пишет на меня кляузы в интернете?

– Ваш приезд уже зафиксирован, камера сняла и номер машины, и вас с фотографом, – поспешил меня предупредить Николай Николаевич, едва я вышла из машины. Он еще пытается шутить, хотя ему явно не до смеха. Оборачиваюсь и действительно вижу видеокамеры, направленных на дом Полюховичей. Это так постарался сосед напротив!

– Как же вы так живете? У вас ведь не жизнь, а реалити-шоу! – не скрываю своего удивления.

– Приходится терпеть, мы, люди интеллигентные, ругаться не можем, но и жить так дальше тоже. Сил больше ни на что не осталось, – вздыхают супруги Полюховичи.

Если бы кто-то выбирал победителей в номинации «Самая изощренная соседская война», то эта история стала бы номером один. А ведь со стороны даже не скажешь, что на тихой и живописной улице в поселке Тресковщина Минского района кипят такие страсти.

За семь лет в доме Николая Николаевича и его жены перебывали практически все инстанции: экологи, землемеры, электрики и даже милиционеры с автоматами.

А все потому, что сосед напротив не перестает строчить жалобы: то камни не так лежат, то беседка построена незаконно, то забор неправильно стоит.

– Вот папка документов. Как только приезжает очередная проверка, сразу ее показываю, – говорит Николай Полюхович. – Мне кажется, уже на каждый клочок земли есть своя бумага, но сосед все равно что-то находит и беспрерывно пишет жалобы.

«Цветы принял за мак и вызвал отдел по борьбе с наркотиками»

Эта история началась много лет назад. Минчанин Игорь купил дачу в поселке Тресковщина и поселился напротив Николая Николаевича. Полюхович даже помогал строить соседу дом, копал колодец. В общем, жили мирно, но вдруг дачник решил, что дорога рядом с ним принадлежит только ему, и запретил там всем ездить. Дело дошло до суда.

– Когда он поставил ворота, повесил на них замок, я обратился в суд. Ну почему один человек решил присвоить себе деревенскую дорогу? Суд я выиграл, – говорит еще один местный житель Александр Федорович.

– Но даже после этого Игорь не успокоился, он продолжал писать жалобы. Дошло до смешного. Мы высадили мавританский газон, а дачник вызвал на нас отдел по борьбе с наркотиками! Якобы у нас растет мак, но это обычные цветы, которые продаются в каждом магазине.

Честно, моя супруга просто тряслась после каждого такого письма. После нашей семьи Игорь переключился на другую, потом попробовал доставать еще одного соседа, а тот пригрозил так, что Игорь сразу отстал. Теперь он выбрал новую жертву – Полюховичей.

Мне их по-человечески жалко, это очень хорошие люди, слишком спокойные, не могут дать отпор.

С камерой и диктофоном сосед не расстается

У Николая Николаевича большой и ухоженный дом, все сделано своими руками. Пока ходим по участку, выяснятся: нет ни одной постройки, по которой бы не приезжала комиссия.

– Мой муж отличный хозяин, – не скрывает гордости Людмила. – Все мастерит, все пилит. Но откуда мы знали, что на строительство этой деревянной беседки нужно брать разрешение? Сколько экологов приезжало проверять наш пруд, уже не вспомнишь.

Хотели как лучше, поставили пеньки возле воды, чтобы можно было отдыхать, говорят: «Нельзя!» Обнесли цветы возле забора камнями, так и это не устраивает соседа! Видите эту старую и высохшую ольху. Хочется спилить, но не могу. У соседа каждое наше дерево под запись.

Надо брать разрешение, чтобы его срубить.

И тут женщина начинает тихонечко плакать и закрывает лицо руками. За последние годы Людмила разучилась улыбаться, стала замкнутой и неразговорчивой.

Дошло до абсурда: женщина боится отметить день рождения в собственной беседке! Говорит, Игорь может ее сфотографировать и пожаловаться в милицию «на распитие спиртных напитков».

О том, что дотошный сосед ходит с диктофоном и цифровым фотоаппаратом, говорит вся улица.

– Он снимает все: мусор, мужиков, которые копают ямы, и даже сделал несколько фото, когда деревенские выходили из бани. Это наш местный сыщик! – смеются деревенские жители. – Сидит в кустах, а потом оп – и кадр готов! У нас такая дружная улица, мы друг другу доверяем ключи от дома, помогаем, чем можем. Ведь не может так быть, что все кругом плохие и только один человек хороший.

Заставил электриков повернуть фонарь на свой дом

Весь поселок Тресковщина знает: если едут машины с мигалками, то это по душу Николая Николаевича.

– Однажды врываются ко мне милиционеры с автоматами и спрашивают: «Где навоз?» Я показал, больше вопросов ко мне не было. Оказывается, Игорь нажаловался, якобы у меня столько навоза, что он загрязняет речку Ислочь, – говорит Николай Полюхович.

Если вы думаете, что дачник – это пенсионер, которому нечем заняться кроме жалоб, то ошибаетесь. Это мужчина в полном расцвете сил. Но которому есть дело до всего, что происходит у других.

К примеру, он заставил Николая Николаевича перенести забор на два метра. Стало ли ему от этого легче? Видимо, да.

Он придирается к каждому столбу, поэтому электрики вынуждены были повернуть уличный фонарь в сторону дома дачника.

– Главное, что никто Игоря не трогает. Строит себе сараи, мусор складирует, вывел трубу на улицу и затапливает всю дорогу, мы же проверяющих не вызываем, – говорит Александр Федорович.

Конечно, «Комсомолка» не могла не связаться с Игорем. Как и положено, мы хотели предоставить слово всем участникам этой драмы.

Мужчина долго сомневался: звонит ли ему журналист или так шутят друзья, долго не мог решиться: нужно нам встречаться или нет, потом просил выслать вопросы по электронной почте, чуть позже связаться с его личным адвокатом.

Но, услышав, что наша беседа будет записываться на диктофон, от личной встречи отказался, сказав лишь на прощание, что он «очень принципиальный человек» и все совсем не так, как преподносит его сосед.

ОФИЦИАЛЬНО

Законодательство не позволяет игнорировать жалобщиков

– Наши законы направлены на то, чтобы помогать людям, но есть одна особенность. К сожалению, сегодня мы стоим на стороне жалобщиков. При желании всегда можно найти какой-то изъян, – комментирует «Комсомолке» председатель Горанского сельского совета Юрий Сидор. – В принципе, все то, что писал данный гражданин, так или иначе попадало под законодательные нюансы.

К примеру, пруд Полюховичей не был отмечен на земельной информационной системе, и жалобу посчитали обоснованной, обязали привести все документы в порядок. Второй пример: Николай Николаевич сделал хорошее дело и уложил трубу, чтобы стоки не текли в его огород. Это никому не мешало, кроме дачника.

Он написал жалобу и снова был прав: оказывается, эта труба не может быть установлена на земле общего пользования. Просто законодательство не позволяет игнорировать таких граждан, как дачник из Тресковщины. И получается, что такие люди, как Полюхович, просто не защищены. У Николая Николаевича очень покладистый характер, поэтому он не может ответить соседу тем же и написать жалобу.

Ведь все кругом видят, что происходит на самом деле. Мне кажется, настало время, когда нужно внести корректировки в закон об обращениях граждан.

ВЗГЛЯД С ШЕСТОГО ЭТАЖА

Всех жалобщиков пора заносить в черный список и штрафовать

Скажите, ну кто прекратит страдания этих несчастных людей? Ведь ясно: они столкнулись с профессиональным жалобщиком. А если ты человек тихий и неконфликтный, то обречен всю жизнь отчитываться за каждый свой шаг? Пока на практике выходит так: кто больше бумажек написал, тот и прав.

Понятно, органы должны реагировать на заявления, но, может, пришло время пересмотреть законы? К примеру, если человек написал больше пяти жалоб, автоматически заносить его в черный список? Не реагировать на звонки, письма. Верю, что у милиции есть более важные дела, чем проверять чей-то навоз.

Интересно, что будет, если за каждую необоснованную жалобу штрафовать человека и направлять его на медицинское обследование? Думаю, желающих испортить жизнь своим соседям или родным резко станет меньше.

Стоит ли бороться с профессиональными жалобщиками?

Источник: https://www.kp.by/daily/25945/2889435/

Как защитить семью, если органы опеки получили ложный сигнал SOS | Милосердие.ru

Что делать, если соседка пишет на меня кляузы в интернете?

ria.ru

Говорят, если органы опеки начинают обращать пристальное внимание на семью, значит, «нет дыма без огня». Откуда берется этот интерес, и кто посылает «сигналы» социальным службам?

Выполняя свои повседневные обязанности, сотрудники учреждений здравоохранения, образования, культуры и спорта, а также правоохранительных органов, должны выявлять случаи нарушения прав ребенка. Кроме того, информация поступает от обеспокоенных «добровольцев» (соседей, например), из СМИ и интернета.

После получения сигнала формируется комиссия, которая изучает условия жизни ребенка и определяет, действительно ли его права нарушаются. По итогам ее работы принимается решение: разработать «план реабилитации семьи», изъять ребенка, добиться ограничения или лишения родительских прав в отношении матери или отца и т.п.

Согласно Семейному кодексу, немедленно отбирают ребенка у родителей лишь «при непосредственной угрозе его жизни или здоровью».

Важней всего порядок в доме

Главную роль в принятии решения о дальнейшей судьбе ребенка играет обследование жилищно-бытовых условий, в которых он воспитывается. Здесь стандартные претензии сотрудников социальных служб предвидеть нетрудно: отсутствие ремонта, ветхость помещений, грязь в доме, мало еды. Как предотвратить подобные замечания, если семья бедна, кто-то из родителей потерял работу, имеются долги по ЖКХ?

По словам Ларисы Павловой, адвоката, члена правления НП «Родительский комитет», порядок в доме – это самое главное. «Бывает и бедная чистота», – отметила она в интервью «Милосердию.ru».

Чтобы первое впечатление сотрудников социальных служб не было негативным, Павлова советует родителям посмотреть на свою квартиру со стороны: «Постели должны быть заправлены, вещи сложены, полы – не с ворохами пыли, чтобы не было грязной посуды, чтобы не было в ванне замочено белье».

Обязательно иметь в доме запас продуктов хотя бы на два дня: готовую кашу, сухое молоко, консервы, сушки, сухарики. Когда в доме нет еды, «встает вопрос о том, могут ли родители, при наличии больших долгов по ЖКХ, элементарно кормить ребенка, или дети голодают», – пояснила Павлова.

Адвокат добавила, что по современным стандартам каждому ребенку положено отдельное спальное место, пусть даже раскладушка. «Бывает по-разному: маленькие дети спят с родителями, или дети спят по двое, – но это всегда вызывает вопросы», – отметила она.

Необходимо также наличие в доме игрушек, книг, спортивных снарядов. «Даже в многодетных семьях вещей, как правило, много. Что-то дарят, что-то жертвуют фонды.

Но очень часто все это находится в хаотическом состоянии», – сказала Павлова. Между тем, с точки зрения органов опеки, родители должны уметь организовать «жизненное пространство» для детей.

Это значит, что каждому ребенку нужна полка или шкафчик, куда он мог бы сложить свои вещи.

Как видно из номенклатуры бланка «Акта обследования жилищно-бытовых условий», представителей социальных служб может заинтересовать также психологическая атмосфера в семье, увлечения взрослых и детей и то, как они проводят свободное время.

Просите о помощи вовремя

Председатель правления Фонда поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, Марина Гордеева советует малоимущим родителям не доводить проблемы до такого состояния, когда они «наваливаются комом». Сейчас есть масса возможностей получить профессиональную консультацию и материальную поддержку, считает она.

«Когда мы болеем физически, мы обращаемся к врачу. Социальные проблемы не менее сложны и тоже заслуживают профессионального внимания», – сказала Гордеева «Милосердию.ru».

Она рекомендует нуждающимся родителям обращаться по «горячим линиям» в учреждения соцзащиты и пользоваться возможностью анонимного консультирования.

В частности, детский телефон доверия (8-800-200-01-22) предназначен для обсуждения вопросов, связанных с детско-родительскими отношениями, причем туда могут звонить и взрослые, отметила она.

По словам Гордеевой, новый закон «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации» № 442, вступивший в силу с 1 января 2015 года, предполагает оказание помощи человеку, обратившемуся в соцзащиту, по принципу «одного окна». «Здесь могут оперативно связать с партнерами в здравоохранении, образовании, социальных службах, службе занятости. Лиха беда начало, не надо пугаться этих вещей», – подчеркнула Гордеева.

Впрочем, некоторые правозащитники предупреждают, что этот же закон № 442-ФЗ заложил основы для произвола социальных служб. Неспециалисту вряд ли удастся найти в документе пункт, указывающий на такую возможность.

Однако руководитель Ассоциации родительских комитетов и сообществ, директор общественного центра правовых экспертиз и законопроектов Ольга Леткова в интервью «Московскому комсомольцу» пояснила: «Тут все очень хитро завуалировано.

В самом законе нет даже таких слов — изъятие детей, не прописаны полномочия социальных служб.

Все это спрятано в так называемых «регламентах межведомственного взаимодействия», составление и утверждение которых полностью отдано на откуп региональным чиновникам социальной сферы».

Именно такие местные регламенты могут расценивать в качестве критериев «трудной жизненной ситуации» ребенка развод родителей, конфликты между родственниками, низкие доходы семьи и т.п.

Доверяя ребенка родным, оформляйте бумаги

Представим такую ситуацию: мать-одиночка заболела и ей приходится лечь в стационар, или одинокий отец вынужден уехать в командировку по работе. Как им избежать обвинений в том, что ребенок оставлен без присмотра?

Лариса Павлова советует не просто на словах поручить кому-то заботу о своих детях, а оформить официальную доверенность. Такой документ позволит человеку, который будет присматривать за ребенком, полноценно заниматься охраной его здоровья, обращаться в случае необходимости в органы образования, опеки, вести диалог с правоохранительными органами.

В доверенности надо указать фамилию, имя и отчество родителя, год рождения ребенка, паспортные данные того лица, на которого она выписывается, а также дату и срок действия документа.

Если родитель госпитализирован внезапно, заверить такую бумагу может главный врач лечебного учреждения, сказала Павлова. Если же оставлять ребенка под присмотром родственников или знакомых вынуждает разъездной характер работы, то доверенность лучше оформить заранее, например, на год.

Она может понадобиться даже бабушке и дедушке, дяде и тете, а не только подруге или дальнему родственнику. Необходимо также оставить этим людям копии свидетельства о рождении и медицинского полиса ребенка, напомнила адвокат.

Не сложились отношения с учителем или педиатром?

Родители, которые игнорируют графики прививок и не приводят детей на осмотр к педиатру, обращают на себя внимание руководства поликлиники. Синяки неизвестного происхождения и неопрятный вид ребенка настораживают учителей и воспитателей. Информация обо всем этом может поступить в соответствующие инстанции.

Возможно, на самом деле малыш наблюдается не в районном, а в каком-то другом медицинском учреждении. Тогда лучше поставить в известность врача или администрацию поликлиники.

В детском саду или школе дети могут травмировать друг друга. Не исключено, что воспитатель при этом заявит, будто ребенок пришел с синяками из дома. В любом случае, если ущерб достаточно серьезен, лучше отвести пострадавшего в травмпункт.

Там надо проследить, чтобы рассказ ребенка об обстоятельствах получения травмы – удар одноклассника, падение с горки и т.п. – был зафиксирован врачом.

«Ситуация, которая описана в медицинской карте, является одним из доказательств причинения вреда», – сказала Лариса Павлова.

«Лучше всего расспросить ребенка в присутствии свидетелей и записать его рассказ на диктофон. Потому что первое, что проверяют правоохранительные органы, это не родитель ли причинил вред ребенку. А еще лучше сразу же посоветоваться с юристом», – добавила она.

Предотвратить необоснованные обвинения проще всего, избегая конфликтов с педагогами и детскими врачами, считает Марина Гордеева. «Взрослым надо понимать, что человеческие отношения – это дорога с двусторонним движением» – подчеркнула она.

В качестве примера Гордеева привела такой случай: «Мужчина один воспитывает дочь – подростка непростого поведения. Учительница пригласила его к разговору, а он сразу же обратился к ней на повышенных тонах. Заявил, что она предъявляет ему претензии, вместо того чтобы самой заниматься ребенком.

Учительница в ответ пригрозила привлечь его к административной ответственности. Слово за слово, что называется».

Не избегайте чиновников

Получив сигнал, чиновник обязан его проверить, и родителям не следует уклоняться от общения. «Не надо уходить в подполье, не надо закрывать двери, это обычно производит впечатление, будто родители скрывают что-то серьезное, например, побои ребенка. Бывает, что психически больные люди баррикадируются, никому не открывают», – сказала Лариса Павлова.

Во время визита сотрудников органов опеки она рекомендует в первую очередь выяснить, от кого именно и какой сигнал поступил. Затем надо узнать, что конкретно интересует чиновников. Возможно, они будут настроены против родителей.

Павлова советует попросить кого-то из знакомых присутствовать при визите – и не только ради моральной поддержки. «Бывают недобросовестные люди среди чиновников, бывают просто вспыльчивые в силу характера. Надо действовать спокойно и иметь очевидцев посещения органами опеки вашего дома.

Можно сфотографировать, как они себя вели», – сказала она.

Некоторые родительские организации рекомендуют обязательно записывать должности и фамилии проверяющих. Включенный диктофон тоже не будет лишним. Нужно настоять, чтобы представители опеки соблюдали принятые в доме правила: разулись и помыли руки, например. Ни в коем случае не надо будить спящего ребенка.

Один из основных советов – не позволять чиновникам самостоятельно осматривать дом, родителям лучше самим показать комнаты, содержимое шкафов и холодильников.

Если сотрудники социальных служб обратили внимание на отсутствие каких-либо вещей, с их точки зрения необходимых, нужно немедленно объяснить им это обстоятельство, а затем убедиться, что пояснения отразились в «Акте об осмотре жилого помещения».

Акт должен быть составлен и подписан в присутствии родителя в двух экземплярах, причем все пробелы следует перечеркнуть, чтобы пустых мест не оставалось.

Опека во благо

К сожалению, ситуация, когда изъятие детей происходит обоснованно, встречается намного чаще, чем давление на родителей, действительно желающих воспитывать своего ребенка. Так, сотрудница одного из подмосковных детских приютов Татьяна рассказала «Милосердию.

ru», что обычно ребенка к ним приводит полиция: «Как правило, схема такая: родители неделями пьют, могут даже не появляться дома, маленькие дети одни. Соседи обращаются в полицию.

Полиция забирает ребенка, отвозит в больницу, чтобы там проверили, нет ли у него какого-либо инфекционного заболевания, потом его привозят в приют».

Пытаются ли родители, опомнившись, вернуть своих детей? «Приходят, конфеты приносят. Забирать не собираются. Им так удобнее, можно дальше пить. Таких детей – абсолютное большинство», – подчеркнула Татьяна.

По ее словам, подростки иногда приходят в приют сами, пишут заявление и остаются. «Вот, две девчонки недавно пришли, раньше вдвоем квартиру как-то снимали, а потом решили к нам перебраться», – сказала она.

А как в европе?

Согласно исследованию российского парламентария Ольги Борзовой, представившей свой доклад ПАСЕ весной 2015 года, реже всего отбирают детей в Словении. Нечасто прибегают к этой мере в Андорре, Кипре, Эстонии, Грузии, Греции, Люксембурге, Черногории, Норвегии, Сербии и Турции, там количество изъятых детей не превышает 0,5%.

В противоположном конце списка – Финляндия, Франция, Германия, Венгрия, Литва, Польша, Португалия, Румыния, а также Россия. В этих странах изымаются до 1,66% детей.

Источник: https://www.miloserdie.ru/article/kak-zashhitit-semyu-esli-organy-opeki-poluchili-lozhnyj-signal-sos/

Юр-консультант.ру
Добавить комментарий