Запрос материала дела которое передали на экспертизу

Что такое судебно-психиатрическая экспертиза?

Запрос материала дела которое передали на экспертизу

* Данный материал старше двух лет. Вы можете уточнить у автора степень его актуальности.

Чаще всего судебные органы прибегают к помощи судебных психиатров при появлении сомнений в психическом здоровье участника процесса, который может выступать в качестве истца, ответчика, подозреваемого, потерпевшего, свидетеля либо лица, в отношении которого встает вопрос о его гражданской дееспособности.

Заключение судебно-психиатрической экспертизы подтверждает либо отрицает наличие у подэкспертного психического заболевания, которое могло бы оказать влияние на его поступки в юридически значимый период времени.

Чтобы подозрение на психическое нездоровье было квалифицировано как основание для производства экспертизы, необходимо иметь веские доводы, выясненные в ходе отправления судопроизводства по конкретному делу. Например:

  • наличие факта ранее проводившегося обследования участника процесса подобным специалистом с последовавшим диагнозом психического заболевания;
  • возможное проявление психического недуга, выраженное в неадекватном поведении или явных симптомах болезни;
  • жалобы самого гражданина на болезненные ощущения либо странное восприятие окружающей обстановки. 

Нередко обвиняемый проходит процедуру психиатрического обследования лишь потому, что ранее его уже осматривал специалист в связи с совершенно другим делом.

Органы суда либо следствия интересуются не самим фактом предыдущего обследования, а мнением, вынесенным специалистом о наличии либо отсутствии у гражданина душевного расстройства. Это важно, так как неправильная трактовка данного обстоятельства может привести к тому, что к психиатру отрправят абсолютно здоровых психически людей, проходивших экспертизу по старым делам.

Иногда назначение судебно-психиатрической экспертизы обосновывается тем, что человек когда-то травмировал голову. Такой довод может стать аргументом в пользу психиатрического освидетельствования, если полученная травма стала причиной нарушений психики, что должно быть отражено в медицинских документах.

В обязательном порядке, даже при полном отсутствии каких-либо свидетельств болезни, судебно-психиатрическое обследование должно быть проведено в отношении гражданина, обвиняемого в преступном деянии, за совершение которого применяется высшая мера наказания — смертная казнь.

О подготовительном этапе

Любому назначению следственными органами или судебными инстанциями психиатрической экспертизы должна предшествовать большая подготовительная работа. Это, прежде всего, затрагивает материалы, которые будут переданы в распоряжение эксперта.

Важно! Сам эксперт не вправе заниматься самостоятельным сбором информации по делу.

подготовительного этапа в большей степени зависит от упомянутого в определении основания для проведения экспертизы.

Это может быть запрос на предоставление медицинских документов из специализированных психиатрических, наркологических и общесоматических лечебных учреждений, сбор сведений о поведении подэкспертного от лично знавших его граждан. Вся получаемая информация не должна носить спонтанный и бессистемный характер.

Особо пристальное внимание следует уделять отрезку времени, относящемуся к совершению преступления либо юридического поступка, послужившего поводом для возбуждения уголовного или гражданского судопроизводства. 

Основным недочетом стадии подготовки материалов для экспертизы, как правило, является их неполнота. Следствием подобной ошибки становятся неоднократные запросы экспертов о предоставлении нужных материалов, что отрицательно сказывается на сроках экспертизы, и в конечном счете затягивает сам судебный процесс.

Определившись с необходимостью назначения экспертизы, следователь или судья должны остановить свой выбор на специалистах в области психиатрии либо конкретном экспертном учреждении для ее проведения.

В основном, судебно-психиатрические исследования проводятся силами психиатров в составе региональной комиссии, обслуживающей данную территорию. При этом участники дела имеют право высказывать свое мнение относительно кандидатур экспертов и экспертного учреждения.

Часто в первую очередь назначают амбулаторное судебно-психиатрическое обследование. Стационарная же экспертиза необходима тогда, когда эксперты убеждены в том, что иначе не смогут ответить на интересующие суд или следствие вопросы. 

О назначении экспертизы

Назначение экспертизы сопровождается вынесением постановления (определения), оформленного согласно всем требованиям российского процессуального законодательства.

В этом юридическом документе должно быть четко и ясно сформулировано задание для экспертов посредством постановки вопросов, исключающих неоднозначное толкование, а также отвечающих нормам закона и научным основам психиатрии.

О сроках

Дата начала амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы определяется временем поступления к экспертам документа о ее назначении и материалов для исследования.
Окончание экспертизы означает направление заключения в адрес назначившего ее органа.

Срок, отведенный на амбулаторное обследование, должен быть не более 20 дней.

Причем этот период не учитывает временные потери, затраченные на предоставление дополнительных материалов, либо связанные с неявкой подэкспертного и т.д.

Начало стационарной экспертизы подразумевает помимо наличия у экспертов всех необходимых документов, доставку самого испытуемого в стационар. Время пребывания в стационаре для испытуемого – примерно месяц.

По окончанию этого времени, он подлежит выписке из медучреждения. В случае необходимости срок может быть продлен.

Окончание стационарной экспертизы также связано с предоставлением экспертами окончательно оформленного и подписанного заключения.

Дата редакции: 06.04.2015

Источник: https://ceur.ru/library/articles/psikhiatricheskaja_jekspertiza/item131119/

Судебный эксперт. Его права и обязанности

Запрос материала дела которое передали на экспертизу

Судебным экспертом является лицо, обладающее специальными знаниями в той или иной области, и проводящее судебную экспертизу по назначению суда, следствия, органа дознания.

ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – ФЗ «О ГСЭД») определяет профессиональные и квалификационные требования, предъявляемые к государственным судебным экспертам (см. ст. 13).

Согласно ст. 13 данного Закона, эксперт должен:

быть гражданином РФ;

иметь высшее профессиональное образование;

пройти подготовку по соответствующей экспертной специальности.

Несмотря на то, что требования данной статьи не распространяется на лиц, являющихся негосударственными судебными экспертами, предполагается, что к негосударственным судебным экспертам должны предъявляться аналогичные квалификационные и профессиональные требования. При этом важно отметить, что второе и третье требования могут быть объединены в одно в случае, когда лицо получает высшее экспертное образование, включающее в себя экспертную подготовку по определенной экспертной специальности.

Права и обязанности эксперта прописаны в каждом процессуальном кодексе, но наиболее полно они представлены в том же ФЗ «О ГСЭД». Некоторые из них вытекают из основных принципов судебной деятельности, таких как законность, соблюдение прав гражданина и юридического лица, свобод гражданина, независимость эксперта, его объективность, а также всесторонность и полнота проводимых им исследований.

Наверное, наиболее известным принципом судебно-экспертной деятельности является принцип экспертной независимости. Назначая экспертизу, судьи должны быть уверены в отсутствии у эксперта предвзятости, его независимости от сторон и других заинтересованных в деле лиц.

Данный принцип тесно связан с принципом объективности, ведь в случае отсутствия независимости эксперта от какого-либо участника процесса или от органа, назначившего экспертизу, экспертное исследование нельзя считать объективным.

В тоже время соблюдение принципа независимости эксперта не гарантирует проведение объективного исследования, так как последнее может зависеть от личных убеждений, чувств, взглядов эксперта.

Принцип законности является неотъемлемой частью не только судебно-экспертной, но и других видов деятельности.

Заключение судебного эксперта является доказательством по делу, которое оценивается судом наравне с другими доказательствами.

Заключение эксперта, полученное с нарушением закона, представляет собой недопустимое доказательство, не имеющее юридической силы, и не может быть положено в основу решения суда.

Основные права и обязанности эксперта описываются 16-й статьей ФЗ «О ГСЭД». Наиболее важным из них является требование, включающее некоторые принципы судебно-экспертной деятельности, а именно обязанность эксперта по проведению полного исследования всех представленных объектов и материалов, а также дать объективное и обоснованное заключение по вопросам, поставленных перед ним.

Данная экспертная обязанность является наиболее сложной и часто нарушаемой экспертами. Экспертам в-основном представляются не только необходимые материалы, но и много лишней информации, содержащейся порою в десятках томах дела.

Полное исследование таких материалов затруднительно, так как важные сведения могут содержаться практически на любом листе дела, в то же время их изучение займет продолжительное время. Обоснование исследования также является не самой элементарной задачей для эксперта, так как обоснованность – понятие довольно субъективное.

Эксперт, обладая специальными знаниями в узкой области, может считать, что его исследование и данные им выводы достаточно аргументированы, другим же лицам обоснованность исследования может посчитаться недостаточной.

Обязанность эксперта не разглашать сведения, которые стали известны ему в связи с проведением судебной экспертизы, является в своем роде гарантией сторонам и третьим лицам сохранения конфиденциальной информации.

Аналогичной гарантией для сторон и суда является обязанность эксперта по обеспечению сохранности объектов исследования и материалов судебного дела.

В случае если для проведения исследования необходимо изменение объекта исследования или даже его уничтожение (в случае использования разрушающих методов исследования), эксперт должен запросить разрешение к данному действию у органа, назначившего экспертизу. Без получения такого разрешения эксперт не имеет права изменять объект исследования.

Составление мотивированного сообщения о невозможности дать экспертное заключение также является обязанностью эксперта, а не его правом, как полагают многие участники судебного процесса. Такое сообщение эксперт отправляет органу, назначившему экспертизу в трех предусмотренных законодательством случаях:

1) Вопросы, поставленные на разрешение судебного эксперта, выходят за пределы его специальных знаний. Границы специальных знаний не всегда очевидны для лиц, ими не обладающих, поэтому подобные ошибки при постановке вопросов на разрешение эксперта практически неизбежны.

2) Материалы дела, представленные на экспертное исследование, непригодны или недостаточны для проведения исследования, при этом эксперту отказано в их дополнении.

Таким образом, перед отказом в проведении исследования эксперт должен отправить запрос органу, назначившему экспертизу, для предоставления ему дополнительных материалов или объектов исследования, и только в случае отрицательного ответа, эксперт должен составить данное мотивированное сообщение.

3) Ответить на поставленные судом или следствием вопросы не позволяет текущий уровень развития научной экспертной базы.

Как известно, эксперты не всесильны, о чем иногда забывают лица, назначающие экспертизу, а также стороны, ходатайствующие о постановке необходимых вопросов, поэтому перед постановкой вопросов на экспертизу рекомендуется проконсультироваться с экспертом о возможности ответа на каждый из них.

Помимо экспертных обязанностей в ст. 16 ФЗ «О ГСЭД» описан ряд запретов, которые также должны соблюдаться судебными экспертами. Наиболее известен из них запрет на самостоятельный сбор материалов для производства экспертизы.

Любые материалы, даже если они поступают в ответ на экспертный запрос, должны быть получены от органа, назначившего экспертизу.

Если какие-либо материалы отсутствуют в деле, но есть у одной из сторон, то данная сторона должна сначала передать их суду или следствию, последние же направляют их в адрес эксперта для проведения исследования.

Эксперту также запрещено вступать в контакт с участниками процесса, так как это может поставить под сомнение его заинтересованность в деле. Значение данного пункта предполагалось бы уточнить, так как полное отсутствие общения со сторонами практически невозможно.

Эксперт при необходимости назначает осмотр объекта исследования, согласовывая при этом время его проведения со сторонами, также могут решаться другие координационные моменты. Под запретом контакта эксперта со сторонами полагаются какие-то личные беседы, встречи, не связанные с решением организационных вопросов.

Необходимость такого запрета для эксперта вполне понятна и очевидна, что пересекается с судебно-экспертными принципами независимости и объективности.

Результаты экспертизы эксперт может сообщить только назначившему ее органу, другим лицам разглашать данные результаты запрещено, будь даже это лицо стороной по делу, в отношении которой экспертом устанавливается или опровергается факт, имеющий значение для данного дела. На звонок стороны или другого заинтересованного лица с просьбой рассказать, в пользу кого были сделаны выводы, эксперт не имеет права давать ответ, в таком случае рекомендуется эксперту перенаправить интересующуюся сторону к органу, назначившему данную экспертизу.

Запрет на уничтожение или изменение объектов исследования пересекается с обязанностью эксперта сохранять представленные объекты и материалы. Данное требование обосновывается возможной необходимостью в дальнейшем провести повторную экспертизу, на которую будут представлены те же объекты исследования.

Судебный эксперт, являющийся сотрудником экспертного учреждения, не имеет права принимать задание на проведение судебной экспертизы ни от кого, кроме руководителя данного учреждения или руководителя своего структурного подразделения, данные полномочия которому могли быть переданы руководителем судебно-экспертного учреждения. Таким образом, суд поручает проведение судебной экспертизы не определенному эксперту, а судебно-экспертному учреждению, руководитель которого перепоручает ее проведение конкретному эксперту или комиссии экспертов. Требования данного пункта не распространяются на частных экспертов, осуществляющих экспертную деятельность вне стен государственной или негосударственной судебно-экспертной организации. Судебный или следственный орган назначает в таком случае экспертизу непосредственно частному эксперту.

Запрет на осуществление экспертной деятельности в качестве негосударственного эксперта может ввести в заблуждение, так как можно из данного пункта можно понять, что проведение судебных экспертиз негосударственными судебно-экспертными учреждениями невозможно. Но статья 41 ФЗ «О ГСЭД» вносит ясность к возможному заблуждению, сообщая, что судебная экспертиза может проводиться вне стен государственных судебно-экспертных учреждений.

Права эксперта не столько обширны как его обязанности и запреты.

К правам эксперта относят право обжалования действий органа, назначившего судебную экспертизу, если эти действия нарушают его права, дачи заявления по поводу неправильной трактовки сторонами или другими участниками судебного процесса данного им заключения или показаний, а также право ходатайствовать перед руководителем экспертного учреждения о привлечении других экспертов к проведению судебной экспертизы. Последнее экспертное право представляется излишним для включения его в Федеральный закон в силу его несомненности, кроме того полагается, что нормативно-правовые акты должны регулировать взаимодействие суда с судебно-экспертным учреждением или суда с экспертом, регулирование же судебно-экспертной деятельности внутри экспертного учреждения на данном законодательном уровне избыточно.

Права и обязанности эксперта, описанные в процессуальных кодексах, в той или иной степени дублируют Федеральный закон, за исключением лишь переименования некоторых экспертных обязанностей в его процессуальные права.

Кроме того процессуальными Кодексами эксперту предоставлено право включить в свое заключение выводы об обстоятельствах, по которым ему не были поставлены вопросы, но имеющие какое-либо значение для данного дела. Данное право также называют экспертной инициативой.

Осуществление этого права экспертом поможет суду не только сократить сроки судопроизводства, ведь возможно не потребуется назначение повторной экспертизы, но установить факты по обстоятельствам, которые даже не предполагались судом.

Источник: https://sud-exp.ru/stat9.html

Внесудебная экспертиза. Чем отличается от судебной?

Запрос материала дела которое передали на экспертизу

Внесудебная экспертиза – это исследование, призванное дать разъяснение на вопросы, требующие специальных знаний и навыков, ответы на которые дает лицо, обладающее таковыми знаниями в соответствующей области.

Внесудебная экспертиза осуществляется в частном порядке по обращению частного или юридического лица с целью последующего предоставления в суд.

Внесудебная экспертиза — полноценное специальное исследование, отличающееся от судебной экспертизы только отсутствием процессуальной формы.

В чем заключаются различия внесудебной и судебной экспертизы?

Заказчиком судебной экспертизы может выступать только суд, судья, орган дознания или следователь (статья 26.

4 Кодекса об Административных Правонарушениях РФ уполномочивает на принятие решения о назначении экспертизы «судью, орган или должностное лицо, в производстве которых находится дело»), о назначении экспертизы выносится соответствующее определение или постановление. В определении в обязательном порядке указываются:

  • Основания для назначения экспертизы
  • Фамилия, имя, отчество эксперта или наименование учреждения, в котором должна быть проведена экспертиза
  • Вопросы, поставленные перед экспертом
  • Перечень материалов, предоставляемых в распоряжение эксперта

Помимо вышеуказанных пунктов, в определении должны быть записи и о разъяснении эксперту его прав и обязанностей, и о предупреждении об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Принципиальное отличие внесудебной экспертизы в том, что заказчиком в данном случае может выступать частное или юридическое лицо, обратившееся во внесудебное экспертное учреждение (государственное или негосударственное) в частном порядке.

При производстве судебной экспертизы эксперт несет ответственность за дачу заведомо ложного заключения (статья 307 УК РФ), во внесудебной экспертизе подписки об ответственности не предусмотрено. В данном случае права и обязанности сторон регулируются договором об оказании экспертных услуг.

На данный момент порядок производства внесудебных экспертиз не регламентируется на законодательном уровне. Судебно-экспертная деятельность, напротив, регулируется Федеральным Законом № 73-ФЗ от 31.05.2001 года.

Согласно постановлению Пленума Высшего Арбитражного суда (постановление от 4 апреля 2014 г.

№ 23) экспертиза (в данном случае не имеет значения какая конкретно экспертиза – судебная или внесудебная) может проводиться как в государственном судебно-экспертном учреждении, так и в негосударственной экспертной организации.

Так же к экспертизе могут привлекаться лица, обладающие специальными знаниями, но не являющиеся работниками экспертного учреждения (организации).

Суд не имеет права отказать в проведении экспертизы в негосударственной экспертной организации, а равно лицом, обладающим специальными знаниями, но не являющимся работником экспертного учреждения (организации), только в силу того, что проведение соответствующей экспертизы может быть поручено государственному судебно-экспертному учреждению.

Результатом выполнения независимой судебной экспертизы является оформленное заключение эксперта. К данному заключению имеется ряд требований (ст. 25 Федерального Закона № 73-ФЗ от 31.05.2001 года):

  • Время, место и основание производства судебной экспертизы
  • Сведения о лице или органе, назначившем производство
  • Сведения о судебно – экспертном учреждении и об эксперте, назначенном на производство экспертизы
  • Вопросы, поставленные перед экспертом
  • Перечислены материалы дела и объекты исследования
  • Сведения о присутствовавших при производстве судебной экспертизы участниках процесса
  • и результаты исследования, применяемые методы
  • Оценка, обоснование и формулировка выводов по поставленным перед экспертом вопросам

Результатом проведения внесудебной экспертизы является заключение специалиста (данное наименование и только оно единственное закреплено на законодательном уровне в ст. 80 УПК РФ).

К заключению специалиста не предъявляется тех же требований, что и к заключению эксперта, составлено оно может быть в произвольной форме.

Однако, рекомендуется данные требования учитывать и исполнять при оформлении соответствующей документации при условии возможного приобщения к делу в суде.

В судебной практике нет однозначного процессуального статуса для заключений специалиста.

Внесудебные заключения специалистов в некоторых случаях отвергаются судом по сугубо формальным основаниям, например, несоблюдение процессуального порядка назначения экспертизы и отсутствие подписки об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, анализ заключения на предмет достоверности в таких случаях игнорируется.
Кодексы не запрещают сторонам по делу ходатайствовать о добавлении внесудебных заключений к материалам дела и их рассмотрении в качестве доказательств по делу на основании ст. 89 АПК РФ.

Статья 89 АПК РФ «Иные документы и материалы»:

  • Иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела
  • Иные документы и материалы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме. К ним могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом
  • Документы приобщаются к материалам дела и хранятся в арбитражном суде в течение всего срока хранения дела. По ходатайству лица, от которого они были получены, документы или их копии могут быть ему возвращены

Высший Арбитражный Суд РФ утверждает, что доказательственную силу имеет только заключение эксперта, назначенного по определению суда в рамках рассматриваемого дела.

Заключения, полученные в непроцессуальном порядке, статусом экспертного не обладают, однако, может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства (п. 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 04.04.2014 N 23).

Другими словами, внесудебная экспертиза в арбитражном процессе является иным доказательством.

Самым важным пунктом в различиях между судебной и внесудебной экспертизой фактически является возможность суда влиять на выбор экспертного учреждения при назначении экспертизы.

Определение круга вопросов к эксперту, а так же в отсутствии прямой связи назначенного эксперта или экспертной комиссии с одной из сторон по делу, назначение эксперта непосредственно судом формально исключает его предвзятость. Все это — преимущества назначения экспертизы непосредственно судом в рамках рассматриваемого дела.

Заключение эксперта не является обязательным для судьи, органа, должностного лица, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, однако несогласие с заключением эксперта должно быть мотивировано.

Стороны по делу имеют право ходатайствовать о назначении повторной экспертизы, заявлять отвод эксперту, ходатайствовать о назначении в качестве экспертов указанных ими лиц, а так же ставить вопросы для разъяснения экспертом в рамках проводимой экспертизы.

В каких случаях производится внесудебная экспертиза?

  • Частное или юридическое лицо, заявившее о проведении экспертизы, имеет намерение урегулировать спорный вопрос без обращения в суд по определенным причинам (сокращение сроков разрешения конфликта, минимизация затрат). В некоторых случаях с данными намерениями обращаются обе стороны конфликта
  • Одна из сторон по делу желает получить основание о назначении повторной или дополнительной судебной экспертизы (ст. 79 ГПК РФ, ст. 82 АПК РФ)
  • Частное или юридическое лицо, заявившее о проведении экспертизы, намеревается урегулировать спорный вопрос через обращение в суд и рассчитывает приложить заключение эксперта к исковому заявлению для обоснования собственных требований
  • Заключение экспертизы, составленное в рамках частного обращения, может быть признано судом одним из доказательств некачественного выполнения работы

Статья 720 ГК РФ п. 5: При возникновении между заказчиком и подрядчиком спора по поводу недостатков выполненной работы или их причин по требованию любой из сторон должна быть назначена экспертиза. Расходы на экспертизу несет подрядчик, за исключением случаев, когда экспертизой установлено отсутствие нарушений подрядчиком договора подряда или причинной связи между действиями подрядчика и обнаруженными недостатками. В указанных случаях расходы на экспертизу несет сторона, потребовавшая назначения экспертизы, а если она назначена по соглашению между сторонами, обе стороны поровну.

Рассмотрим вопросы, которые решаются внесудебной экспертизой на примерах из практики специалистов:

  1. При заключении договора на разработку программного обеспечения стороны условились, что приемка работ осуществляется после производства независимой экспертизы.

    После окончания срока действия договора Исполнитель обратился в экспертное учреждение и поставил перед экспертом вопрос: соответствует ли разработанный продукт требованиям договора и технического задания

  2. Согласно требованиям федерального законодательства, при проведении государственных закупок с единственным поставщиком обязательно проведение экспертизы поставляемой продукции.

    При покупке оргтехники администрацией города контракт был заключен с единственным поставщиком.

    Перед подписанием актов приема администрация обратилась в экспертное учреждение с вопросом: соответствует ли поставляемое оборудование требованиям госконтракта

  3. При пересечении границы Российской Федерации у таможенных органов возникли сомнения в соответствии ввозимых устройств требованиям, действующим на территории страны.

    Перед экспертом был поставлен вопрос о соответствии переданных на экспертизу устройств этим требованиям

  4. Для разрешения спора о персональной ответственности сотрудников, ответственных за некачественную разработку продукта, предприятие обратилось в экспертное учреждение. На исследование переданы исходные коды разрабатываемого программного обеспечения и техническое задание на его разработку. Перед экспертом поставлен вопрос – по какой причине разработанное программное обеспечение не реализует требуемый функционал – из-за противоречий в задании или некомпетентной реализации

Заключение

Помимо прочего, правовой статус внесудебных заключений специалиста так же невозможно определить по содержательным характеристикам. Принципиальное отличие внесудебной экспертизы от судебной – отсутствие процессуальной формы, тогда как полученное по определению суда заключение эксперта является судебным и имеет четкий прописанный процессуальный статус.

При проведении внесудебной экспертизы теряются основные принципы равноправия и состязательности сторон, обязательные для судебной экспертизы. Выбор эксперта или экспертной организации, постановка вопросов к эксперту полностью остается за одной из сторон по делу. Сторона-заказчик экспертизы самостоятельно решает, какие материалы предоставить в распоряжение эксперта.

Тем не менее, факт того, что внесудебная экспертная деятельность не регулируется на законодательном уровне, не должно влиять на признание внесудебной экспертизы как доказательства.

Проблема неопределенности статуса внесудебных заключений специалистов не в сущности их как доказательства, а в оценке их достоверности и непредвзятости с судебной точки зрения, при наличии ощутимой предубежденности в независимости экспертов, назначенных непосредственно судом.

Источник: https://rtmtech.ru/articles/vnesudebnaya-expertiza/

Дело

Запрос материала дела которое передали на экспертизу

Дело о формуле “Роттердам+”, ее обоснованности и возможных убытках, нанесенных ее применением — одно из наиболее громких в практике Национального антикоррупционного бюро и Специальной антикоррупционной прокуратуры. Однако, как выяснилось, желание доказать ее незаконность иногда могло перевешивать профессиональные стандарты и приводить к попыткам манипуляций со стороны ведомств с целью получения нужных доказательств. 

На примере одной из экспертиз, заказанных САП и НАБУ, можно проследить, как, переформулируя вопросы, прокурор пыталась вывести экспертов на нужные ответы. Это дает представление не только о “закулисье” расследования по резонансному делу, но и в целом о подходах и методах сбора доказательств.  

НАБУ под процессуальным руководством САП расследует дело о необоснованности формулы “Роттердам+” и о возможных убытках, нанесенных ее применением, с марта 2017 года.

Одной из обязательных составляющих расследования было проведение судебной экспертизы.

Именно на получение результатов такой экспертизы неоднократно ссылался директор НАБУ Артем Сытник, отвечая на вопросы о том, почему дело расследуют так долго. 

Подпишитесь на канал DELO.UA

В распоряжении редакции оказались материалы переписки (а это более 70 страниц) между процессуальным руководителем дела по “Роттердаму” Ольгой Яровой и Киевским научно-исследовательским институтом судебных экспертиз (КНИИСЭ). Из этих материалов следует, что следствие как минимум 5 раз меняло вопросы экспертам, пытаясь получить от них выводы о необоснованности формулы и о нанесенных ее применением ущерба.

Информация о попытках манипулировать мнением экспертов со стороны следствия была и раньше.

Более того, некоторые сайты, откровенно защищающие формулу “Роттердам+” и ее бенефициаров, обвиняли Яровую в том, что она также якобы проводила личные беседы с экспертами и требовала исключить из результатов официальной экспертизы отдельные пункты. Подтверждений этим обвинениям в документах, конечно же, нет. Но факты формулирования разных списков вопросов под разным соусом — налицо. 

Интересно, что в конце августа 2019 года глава САП Назар Холодницкий отстранил Яровую от работы по делу “Роттердама”.

Но не за манипуляции с экспертизой, а якобы из-за появления ее фамилии на скандальных “пленках Вовка” из Окружного админсуда Киева. По крайней мере, так это подавалось в СМИ.

До этого в Квалификационно-дисциплинарной комиссии прокуроров выносили по Яровой аж одно решение — за участие в форуме Юлии Тимошенко в рабочее время ей сделали выговор. 

Поэтому вполне логично предположить, что действия Яровой собственно по расследованию “Роттердама” с марта 2017 года по август 2019 года и НАБУ, и САП устраивали. Именно основываясь на получаемых Яровой “результатах” “общения” с экспертами, Артем Сытник делал заявление о ходе проведения резонансного расследования. 

Впрочем, в опубликованных фрагментах документов и есть указание на то, что с апреля 2019 года дело при участии Яровой фактически не расследовалось. Поэтому однозначно утверждать что-либо в этом контексте сложно. 

Операция подмена

В августе 2017 года директор НАБУ Артем Сытник в интервью “24 каналу” заявил, что формула “Роттердам+” применяется незаконно по отношению к углю, который не импортируется в Украину, а добывается на ее территории. На тот момент это были лишь предположения: следствие не заказывало никаких экспертиз и оценку потенциального ущерба проводило “на глаз”.  

Первое постановление о проведении судебно-экономической экспертизы было вынесено 20 сентября 2017 года. Ее проведение было поручено КНИИСЭ. Для этого в учреждение передали 16 томов уголовного производства. Однако уже 4 октября 2017 года прокурор Яровая просит директора института вернуть все материалы и фактически приостанавливает проведение экспертизы. 

С чем связан этот отзыв — непонятно. Показательно, что в период с осени 2017 до марта 2018 года тема “Роттердама” в контексте расследования НАБУ вообще уходит из информационного поля.

И появляется лишь в первую “годовщину” открытия дела — с нотками скептицизма относительно бездействия детективов в этом направлении.

Более того, СМИ начинают прямо указывать, что медиа-шумиха вокруг формулы, очевидно, поднята в интересах и за счет ресурсов конкретных олигархов. 

Только в мае 2018 года САП, очевидно, по согласованию с НАБУ, обращается в КНИИСЭ с просьбой возобновить работу над экспертизой.

В ответ эксперты просят уточнить, какую именно из многочисленных формул, указанных в постановлении НКРЭКУ, нужно исследовать, а также запрашивают целый перечень дополнительных материалов.

11 июня Артем Сытник делает заявление, что для эффективного расследования схемы “Роттердам+” и определения размера убытков нужны выводы эксперта. Вполне вероятно, что именно от возобновленной экспертизы и ожидается получение таких выводов. 

Начиная с июля 2018 года с перечнем вопросов, которые изначально были заданы экспертам, начинают происходить метаморфозы.

Прокурор в два этапа изменила список, добавив к нему ряд дополнительных вопросов, изначально не фигурировавших в задаче (смотрите таблицу 1).

При этом, по данным источника, предоставившего документы, согласованный перечень вопросов (уже после восстановления запроса на экспертизу), который был похож на изначальный, был затем самовольно заменен Яровой и отправлен в КНИИСЭ. 

Таблица 1. Как менялись вопросы экспертам, лето 2017 (сокращенный вариант)

21.09.17 (первый запрос на экспертизу)

(уточненные вопросы — второй вариант, который был отправлен в КНИИСЭ) 

Подтверждается ли документально обоснование Порядка расчета цены электроэнергии? 

Является ли экономически обоснованной формула, описанная в Порядке?

Подтверждается ли документально использование формулы и в какой период? 

Подтверждается ли документально использование формулы при расчете цены э/э? 

Каким образом рассчитывается индикативная цена угля? 

Привело ли использование формулы к необоснованному увеличению стоимости угля для производства э/э в 2016-2017 гг.? 

Привело ли использование формулы к необоснованному увеличению стоимости угля для производства э/э с 2016 по 2 кв. 2018 гг.?  

Отвечают ли уровню цен на уголь на мировом рынке цены угля, рассчитанные по формуле?  

Обеспечивают ли цены на уголь, рассчитанные по формуле, баланс расходов и доходов у потребителей и производителей тепловой энергии? 

Имелись ли объективные обстоятельства, чтобы считать, что добычи угля антрацитовой группы в Украине достаточно для обеспечения рынка в полном объеме? 

Какая стоимость угля является обоснованной? 

Какими были средние оптовые рыночные цены энергетического угля марок А, Г, Д, ДГ, П, ПС в марте — декабре 2016 года, январе — ноябре 2017 года, которое закупалось украинскими ТЭС? 

Если формула необоснованная, привело ли это к убыткам и на какую сумму? 

Если формула необоснованная, привело ли это к убыткам и на какую сумму?  

Несмотря на наличие целого ряда “наводящих” вопросов, большинство из которых должны были если не подтвердить “легенду” НАБУ, то как минимум нейтрально ей не мешать, результат оказался предсказуемым.

Эксперты определяют, что формула “Роттердам+” — обоснованная, что она действительно применялась при расчете стоимости электроэнергии Нацкомиссией, что любое обоснованное изменение индикативной цены угля приводит к такому же обоснованному изменению стоимости электроэнергии, а прогнозные цены, полученные в результате применения формулы, соответствуют мировым. 

Игра в прятки

Такой вывод явно не соответствует ожиданиям следствия. Тогда в САП и НАБУ решают, по всей видимости, “забыть” о существовании такой экспертизы.

И прокурор Яровая выносит новое постановление, в сопроводительном письме к которому указано, что предыдущее ходатайство о дополнительных материалах получено не было. А получено якобы только в сентябре при повторном направлении.

Таким образом, рабочая переписка как бы указывает на то, что экспертиза пока “в процессе”. 

Осенью 2018 года острой фазы достиг публичный конфликт между НАБУ и САП. В 20-х числах сентября глава САП Назар Холодницкий даже обвинял бюро в попытке прослушивать процессуального руководителя дела Ольгу Яровую именно в связи с расследованием “Роттердама”. 

В начале октября 2018 года Артем Сытник озвучивает данные Института экономики и прогнозирования НАН Украины, где также была заказана экспертиза экономических убытков, и где якобы сначала насчитали таких убытков на 15 млрд грн, а потом заявили, что эти выводы неправильно протрактованы. 

Эти два факта можно трактовать по-разному. Одна из версий, которая приходит в голову: Институт экономики “показал результат”, а САП и КНИИСЭ — нет. Поэтому на Яровую могли попытаться надавить путем установления прослушки либо скомпрометировать, чтобы сменить “неэффективного” процессуального руководителя. Впрочем, это лишь догадки. 

Тем более, что, судя по дальнейшим действиям Яровой, она, наоборот, пыталась получить для НАБУ максимум от экспертов. В переписке конца октября 2018 года речь идет об очередной корректировке перечня вопросов.

Он сокращен до наименее спорных позиций, на которые, по сути, можно ответить едва ли не односложным “да/нет”, без каких-либо упоминаний об “экономической обоснованности формулы”.

Кроме того, на этот раз экспертам на проведение исследования предоставлены не 16 томов уголовного производства, а всего один. 

Таблица 2. Перечень вопросов в конце октября 2018 (сокращенная версия)

Подтверждается ли документально использование формулы?

По каким фактическим методикам исчислялась средняя рыночная и рыночная цена угля в Украине? 

Отвечают ли полученные по формуле цены мировому уровню? 

Обеспечивают ли эти цены баланс расходов и доходов у потребителей и производителей тепловой энергии? 

Хватало ли добычи угля антрацитовой группы в Украине для надежной и бесперебойной поставки потребителям э/э в период действия формулы? 

Уже на второй день эксперты присылают свои выводы. Они мало отличаются от предыдущих ответов, поскольку вопросы повторяются. Тем не менее, у САП теперь есть еще один вариант отчетов без прямого ответа о том, что формула экономически обоснована, а лишь с ответами на нейтральные вопросы, формально не противоречащими версии следствия. 

Но на этом эпопея не заканчивается. Спустя еще два дня, в первых числах ноября 2018 года, прокурор САП выносит очередное постановление о переформатировании вопросов, где снова появляется пункт об “экономической обоснованности формулы определения цены угля”. Выводы пришли через неделю, результат тот же: формула по-прежнему признается “обоснованной”. 

***

Таким образом, по состоянию на конец 2018 года у НАБУ и САП было как минимум 3 экспертных вывода с ответами на разные вопросы, которые могли идти как полностью вразрез с линией следствия, так и “нейтрально подтверждать” его версию.

Кроме того, в одном из писем в САП директор КНИИСЭ упоминает еще одну экспертизу, заказанную в феврале 2018 года (к сожалению, в имеющейся переписке нет ее результатов).

Согласно переписке, экспертиза, заказанная 14 ноября, отозвана в апреле 2019 года, накануне второго тура президентских выборов. 

После этого, судя по всему, попытки получить “нужные” ответы от КНИИСЭ было решено “заморозить” и обратиться за альтернативным мнением в экспертные учреждения Службы безопасности Украины.

Сразу после выборов Президента СБУ перешла под контроль ближайшего окружения Владимира Зеленского. Уже в августе 2019 года Артем Сытник заявлял, что нужные экспертные выводы удалось получить.

Какие это выводы — на сегодняшний день неизвестно. 

Однако само НАБУ в ответе на запрос Международной торговой палаты заявило, что, по состоянию на начало сентября 2019 года, претензий к самому индексу API2, на основе которого рассчитывается формула “Роттердам+”, у детективов нет. Есть только вопросы по включению в нее логистического “плеча” из Нидерландов в Украину.

Впрочем, уже сами попытки склонить экспертов к нужным выводам при проведении экспертиз могут свидетельствовать о наличии в действиях прокурора САП признаков должностных и уголовных преступлений. И поставить под сомнение любые результаты работы САП и НАБУ по этому делу.

Если смотреть на эту историю в ретроспективе и в привязке к информационному полю, то очевидным становится ключевой бенефициар происходивших вокруг этого расследования процессов.

Тему на телеэкранах “прокачивал” Андрей Герус, а выгодополучателем критики “Роттердама” был и остается Игорь Коломойский. 

Источник: https://delo.ua/econonomyandpoliticsinukraine/delo-rotterdam-kak-sap-pytalas-manipulirova-358990/

Юр-консультант.ру
Добавить комментарий